К слову, где-то был похожий анализ режима Чаушеску, согласно которому в начале правления румынский лидер опирался на довольно широкий круг советников, а к концу практически все решения принимал вдвоём с женой, что привело к отчуждению как общества, так и правящего класса. В итоге его свергли и расстреляли. Постепенное сужение круга лиц, реально участвующих в принятии решений, вообще характерно для любых диктаторских режимов ("Полковнику никто не пишет"). И Путин, унаследовавший относительно гибкую ещё ельцинскую систему власти, способствовал её постепенной деградации. Например, закон Димы Яковлева был принят, потому что в комнате, где обсуждали ответ на список Магнитского, не оказалось ни одного адекватного человека и Голикова предложила такой странный вариант. В общем, читайте:
"Для понимания современной России стоит обратить внимание на мало исследуемую тему кто принимает важнейшие политические и экономические решения, по их численному составу. Это вопрос далеко не праздный. Например, в США к таковым относится порядка от 3 до 5 тысяч человек: ключевые люди администрации, министры, конгрессмены и сенаторы, военные, актив политических партий, судьи, лоббисткие структуры, руководители корпораций и прочие. Огромное количество людей, с которыми президент и его команда обязаны вести консультации, согласовывать и вырабатывать компромиссные решения.
Если углубиться в историю, то в России вот этот слой „принимающих решения” всегда был малочисленен. Например, в петровскую эпоху он составлял где-то от 90 до 280 человек. В допетровскую эпоху он вообще еле приближался к 80 человек. В эпоху Николая Первого (а мы понимает как усложняется мир, усложняется структура, растет чиновничий аппарат) число людей, участвующий в процессе подготовки и принятий решений увеличивается до 370 человек. К концу правления Николая Второго их уже было 760.
В советский брежневский период -1800 (с учетом республик, аппарата и состава ЦК), а в горбачевский и того больше - 2523.
Понятно, что увеличение численности „принимающих решений” зависит от усложнения общества, мировых проблем, принятия продуманных управленческих решений, развитием институтов общества и государства. рост численности „принимающих решения” прямо влияет на эволюцию общественной модели, приспособления к вызовам и угрозам. Есть и еще одна закономерность: чем состав „принимающих решения” больше, тем быстрее происходят перемены, идет развитие общества. Например, этот феномен влияет на быструю смену модели управления. Не случайно, при скачкообразном увеличении "принимающих решения" при Николае Втором и Горбачеве это приводит к общественным революциям. И даже не из-за хрупкости и уязвимости режима, но по причине невозможности „отмобилизоваться” из-за большого количества заинтересантов альтернативных решений и их недоговороспособности.
В постсоветскую эпоху мы наблюдаем иное. А именно-значительное снижение количества принимающих решения. Но в ельцинскую эпоху (с учетом ухода республик) он тоже был не такой уж и маленький. Примерно 800-850 человек. Поэтому ельцинская система была выживаема и подвижна.
Но сегодня численность „принимающих решения” снизилось до порядка 150-200 человек. Фактически это откат ко времени Николая Первого. При том, что мир усложнился на порядок. Такое количество акторов ведет не просто субъективно слабым, но неверным решениям. К страшнейшему замедлению модернизационного развития. И, конечно, в перспективе — к ослаблению всего института государства. Но тактически, малочисленный состав - это спасение правящего режима. Потому что такая институция стабильна и однородно спаяна. И исключает возможность внутреннего слома и разного рода внутриэлитных заговоров".
P.S. В целом анализ "системы управления" без анализа институтов и культуры мы считаем довольно плоским и примитивным подходом, который низводит факторы развития страны до уровня работы кучки менеджеров наверху пирамиды. Независимо от того, насколько эта кучка большая, она все равно кучка. Вообще культ "менеджера-осеменителя", который вот сейчас придет и все исправит является одной из самых сильных родовых травм современного российского общества. Он пронизывает его на всех уровнях — от самой маленькой фирмы, численностью 20 человек, до собственно государства и является по-сути продолжением того самого неизжитого до конца культа самодержавия.
Перзидент Роисси @ Telegram via Twitter
