От вымысла к реальности: «Брат-2» и «Бумер»

В начале 2000-х экономист и социолог Вадим Волков, который в 1990-е изучал устройство российской преступности, исследовал главных героев массового кино.

«Неприкосновенный запас». 2004. Декабрь.

В любой великой культуре популярными жанрами и сюжетами фильмов становятся те, которые иллюстрируют миф о первоистоках нации или государственности, воссоздают и еще раз проигрывают драму формирования нового общества. В США таким жанром является вестерн (создание зачатков американской государственности на Диком Западе) и гангстерский боевик (рассказ о формировании нового многоэтничного городского общества). До недавних пор советским аналогом были фильмы (в том числе боевики) о Гражданской войне и последующей борьбе с бандитизмом («Белое солнце пустыни», «Шестой» и так далее). В последние годы в поточное производство был запущен новый жанр – фильм про российских бандитов.

Новая власть и новая экономика рождались через многочисленные «стрелки», «терки», «кидки», «разводки», «разборки» и «заказы». И вот теперь, когда бандит практически исчез, уйдя в могилу, в бизнес или в региональные администрации, культуриндустрия заработала на полную мощность, возвращая бандита в нашу жизнь, но уже в другом, мифологизированном виде, препарированном по законам кино- или телесериала. Как в свое время карьеры многих крупных бизнесменов стартовали в криминальной среде, так и нынешние восходящие звезды кино раскручиваются на бандитской теме. Едва ли найдется известный актер старой или новой формации, который не сыграл бы авторитетного бандита, вора, киллера или, на худой конец, мента.

Фильм «Бумер» – в стороне от современного бандитского кино и на несколько порядков выше. Он предельно соответствует реальности повседневной бандитской жизни и противостоит поп-культурной мифологизации и эксплуатации бандитской темы.

Фильм почти безупречно, без излишеств и вымысла выдержан «по понятиям», по специфике речи и поведения бандитской среды. В центре фильма – московская бригада, работающая с неким Сухарем, четыре человека: Кот, Рама, Кила и Ошпаренный. Вся история начинается с рядового эпизода: за что-то необходимо наказать коммерсанта из Латвии, а конкретно – сжечь его машину, «БМВ» 7-й серии, «бумер». Но по ходу исполнения принимается другое решение: не сжечь, а угнать и присвоить. Здесь в фильме небольшая неточность: бандиты сами машины не угоняют, а заказывают угонщикам. Тем не менее аргумент Рамы – «мы его и так накажем, если я „бумер“ под себя перебью» – принимается, угон удается. Заметим, что идея рождается с ходу, как и все другие действия героев фильма. Горизонт планирования, замысел здесь практически отсутствуют. <...>

В конце фильма Димон Ошпаренный, обычно самый агрессивный из четырех, промедлил, струсил и предал своих, уехав в одиночку на «бумере» с места перестрелки. Оставив машину в лесу, он выходит на остановку и садится в автобус. «По понятиям», бандит не может ездить в общественном транспорте, это несовместимо с его статусом. По сути, этот, последний эпизод фильма – социальная смерть «пацана». Димон окончательно дисквалифицирован как бандит. В итоге «по понятиям» получается, что фильм «Бумер» – о том, как один из четырех бандитов оказался не пацаном, выжил как человек, но расстался с титулом пацана. А правильные пацаны, которые из-за него попали под замес, погибли ни за что.

Герои фильма принципиально не держат «длинный» план действия, не просчитывают последствия. Они источают энергетику, спонтанность, совершают моментальные переключения. Все действия – реакции на случайные, ими же созданные ситуации. Между идеей и реализацией проходит минимум времени: по сути, герои не думают, они действуют (кроме Кота, у которого на лице иногда появляется задумчивость, – но на то он и бригадир, «мозг»). Это тип, которому чужды рациональность, выстраивание сложных рассчитанных цепочек действий, ведущих к достижению целей. Да и целей как таковых у героев тоже нет: есть лишь потребность решить внезапно возникшую проблему. Но, решая одну проблему, они создают две, и так далее…

Между тем к 2000 году – примерное время действия фильма – общество и бизнес сильно изменились. Бандиты возникли в российской рыночной экономике как силовые предприниматели, которые продавали бизнесменам охранные («крышные») услуги (охрану, возврат долгов, гарантии выполнения контрактов, конкурентные преимущества), которые они производили за счет использования насилия и угроз. Поэтому агрессивность, готовность к насилию, когда они умело управлялись и встраивались в организованную группировку или охранное предприятие, были востребованы в деловой среде и приносили высокий доход. Бандиты были незаменимы в период активного перераспределения ресурсов и дележа собственности. Но к концу 1990-х формируются более устойчивые рынки, деловые сети, долгосрочные бизнес-проекты, требующие инвестиций и предсказуемости. Начинает укрепляться государство, на место бандитов активно претендуют те, кого теперь называют «оборотнями в погонах».

Место «понятий», по которым решаются имущественные споры, постепенно занимают хозяйственное право и Уголовный кодекс. Налоговая инспекция все жестче конкурирует с бандитами за дань с бизнеса, который тоже научился считать деньги. Параллельно наиболее умные и хозяйственно ориентированные бандиты чувствуют происходящие изменения и инвестируют в легальный бизнес, становясь крупными коммерсантами. В обществе происходит очередная волна социального отбора: его проходят бандиты, способные к менее насильственной, более экономически ориентированной и рациональной деятельности. Их карьеры, получившие новое продолжение, теперь связаны с легальным бизнесом, а не с насилием.

«Бумер» – про бандитов, которые не проходят социальный отбор и поэтому обречены. Их спонтанность, агрессия, неспособность к рассчитанным действиям – все то, что было преимуществом во времена дикого капитализма, – теперь вовлекают их в постоянный конфликт. Их неадекватность и обреченность переданы в фильме тем, что каждое их действие только ухудшает их положение. Бандитов оставила удача; обстоятельства работают против них. Уехав из Москвы, они в нее больше не возвращаются.

«Брат-2» – красивый вымысел, дающий массовому сознанию обманчивое ощущение господства над действительностью. В этом фильме люди делают обстоятельства, у них есть замысел, сверхидея, моральное оправдание любым поступкам.

Герои – тоже, по существу, бандиты – едут в Америку наказывать зло, меткой и обильной стрельбой доказывая торжество российских ценностей («правды») над американскими («деньгами»). При этом у самих героев достаточно денег и на них работает полмира в виде случайных помощников и удачного стечения обстоятельств, приводящих их (с солидной прибылью) обратно в Москву бизнес-классом. Жизнь продолжается.

«Бумер» пугающе подчеркивает свойства реальности в отличие от вымысла. Траектория «бумера»-БМВ, несущего своих пассажиров по замерзающей российской глубинке, случайна; обстоятельства не подчиняются героям. Бандиты без денег, голодные, постепенно теряющие лоск столичного мегаполиса. Их отлично выверенные диалоги полны живого юмора, но они не произносят ни одной театральной, многозначительной фразы или афоризма, которыми так пестрит «Брат-2». Выстрелов тоже предельно мало (едва ли две обоймы) – только по необходимости, и все даются с заметным усилием. Стреляют герои «Бумера» в безвыходных ситуациях, но в них они находятся хронически, уже не по обстоятельствам, а по жизни.

Если в «Брате-2» – откровенная романтизация насилия через патриотизм и служение добру, понимаемому по-русски, то в «Бумере» с каждым действием героев множится зло. Это откровенно и прямо (если не прямолинейно) показано в фильме побочными сюжетами об искалеченных людях. У зрителя нет моральной опоры, а есть только симпатия к бессмысленно погибшим пацанам (сравнить бы потери в разборках с потерями в Чечне). Хотя в фильме практически отсутствует разделение на плохих и хороших, а энергетика главных героев отзывается зрительской симпатией, его заслуга как раз в том, что он содержит четкое моральное послание: эта дорога никуда не ведет. Единственный положительный символический эпизод в фильме можно истолковать так: в умирающую русскую деревню роняется семя «пассионарного воина» и где-то жизнь все же продолжается. Женщина сразу поняла, как спасти Россию: рожать, а не «мочить» американцев, как в «Брате-2». «Бумер-2» будет про семейные ценности.

Вадим Волков via Misha Kozyrev

Генерал МВД: в России произошло полное сращивание государства с криминалом

Генерал-майор МВД РФ, известный российский криминолог Владимир Семенович Овчинский, возглавлявший в прошлом российское бюро Интерпола, дал интервью, поражающее откровенностью. Генерал признал, что в России произошло полное сращивание государства с криминалом, а бандиты "окопались" на всех этажах власти.

По мнению эксперта, организованные преступные группировки (ОПГ) периода позднего СССР и становления современной российской государственности никуда не делись, а просто изменились качественно. "Наверное, главное отличие новых бандитов в том, что никогда - ни в 1980-х, ни в 1990-х - не было такого масштабного присутствия в ОПГ представителей официальных госструктур. Можно с уверенностью говорить о том, что у нас в стране нет ни одной "незапятнанной" госструктуры - будь то правительство, министерства, аппарат губернаторов или мэрия", - говорит доктор юридических наук Владимир Овчинский.

Особое место в этом "хит-параде" коррупции занимают силовые структуры. Даже в "лихие 90-е" не было такого масштабного вовлечения в ОПГ сотрудников правоохранительных органов. "В качестве иллюстрации можно привести совершенно фантастическое дело подмосковных прокуроров, "крышевавших" игорный бизнес. Я, как бывший начальник Интерпола, утверждаю, что в мировой практике аналогов не существует", - добавил криминолог. По его мнению, подмосковные прокуроры оказались представителями совершенно новой породы преступников. Это не просто коррупционеры.

"Эти люди на себе замкнули функции бандитов. Они лично вымогали, лично угрожали, лично приводили бандитов. Никогда не было такого, чтобы зампрокурора Московской области ушел в бега и находился в розыске. Это беспрецедентно", - говорит Владимир Овчинский. Буквально в мае 2011 года завершился судебный процесс по "братской" ОПГ, которая занималась рейдерством, незаконным лесным бизнесом, убийствами и рэкетом. Возглавлял этот преступный синдикат бывший депутат от прокремлевской партии "Единая Россия", известный бизнесмен Вадим Маляков. А инициатором убийств был начальник УВД Братска Владимир Утвенко, чьи заказы исполняли милиционеры и бандиты. Наконец, координатором их действий был депутат от ЛДПР Александр Загороднев. Двадцать лет назад только редкому бандиту удавалось "пролезть во власть". Таким "счастливчиком" стал, например, вор в законе по кличке Пудель, получивший статус общественного помощника президента РФ Бориса Ельцина. "Его кто-то в свое время ему подсунул. Но длилось это недолго", - добавил генерал-майор МВД.

Другой единичный пример - известный бандит Михаил Монастырский, севший в депутатское кресло. "Но это все единичные примеры. Массового характера это не носило, вот в чем главная разница. Сейчас же происходит некое "огосударствление мафии" - мафиозные структуры фактически стали замещать реальное руководство", - говорит доктор юридических наук. Российская мафия вольготно чувствует себя даже в легальных сферах бизнеса, в то время как в Европе организованная преступность оттуда постепенно вытесняется. Пример превращения убийц в "эффективных менеджеров" - банда Цапков в кубанской станице Кущевской.

Криминолог обращает внимание и на еще одну опасную тенденцию - на смену ОПГ в России пришли кланы. "Если раньше это было характерно для выходцев с Кавказа, то теперь тенденция распространилась по всей стране. Вся Россия в кланах. И во главе этих кланов, как правило, стоят криминальные авторитеты", - утверждает Владимир Овчинский. По его словам, ОПГ можно привлечь к ответственности, но сломать клан Фемиде не под силу. Оболочка клана, состоящая из представителей интеллигенции (врачей, экономистов, учителей), считает преступное ядро авангардом и готова его защищать.

"Так было, кстати, в Кущевской. Банда, захватившая всю станицу, - это тоже своеобразный клан. В данном случае Цапки составляли ядро регионального уровня", - отмечает эксперт. Сейчас Россию может захлестнуть новая волна насилия, поскольку даже самые отъявленные преступники, осужденные в "лихие 90-е", выходят на свободу. В доказательство генерал-майор приводит статистику Верховного суда за 2004 - 2009 годы. К примеру, из совершивших умышленные убийства пожизненное наказание было назначено всего 0,2%. На 25 лет из них были осуждены только 3-4%. Из 234 тысяч осужденных за нанесение тяжкого вреда здоровью, в том числе повлекшего смерть, максимальный срок получили только двое бандитов. Из этой же категории осужденных 37% получили условный срок и остались на свободе. За бандитизм за этот же период привлекались 1180 человек. Из них только три получили максимальный срок. За разбойные нападения были осуждены 147 тысяч человек. Из них максимальный срок получили только семеро. За достаточно редкую статью "Организация преступного сообщества" были осуждены 440 человек. Из них только 37 мафиози получили максимальный срок. "Но даже те, кто получает максимальные сроки, особо не расстраиваются. Они выходят на свободу по УДО (условно-досрочно) спустя полсрока. Поэтому весь контингент 1990-х годов, который, как нам кажется, сидит, уже давно вышел. Тем более все условия для этого есть", - подытожил Владимир Овчинский.

Со слов криминолога, никто из старых бандитов не стал законопослушным гражданином после "отсидки". По закону криминального мира - если был лидером, то им и остался. "Генерала МВД могут отправить на пенсию и забыть, а у мафии генералов преступного мира на пенсию не отправляют", - утверждает бывший глава российского бюро Интерпола. У российского криминала есть и свои "национальные особенности". Например, нигде в мире не получил широкого распространения такой вид преступлений, как рейдерство. Владимир Овчинский считает, что настоящим поражением в войне с преступностью обернулось роковое решение 2008 года, когда были расформированы УБОПы (управления по борьбе с организованной преступностью), а все силы вскоре были брошены на борьбу с пресловутыми экстремистами.

"Специалисты считают, что в 2008 году, после ликвидации этих спецподразделений, ситуацию одним махом вернули на 20 лет назад. В результате этого необдуманного шага мы потеряли структуры, которые должны заниматься оргпреступностью, а вместе с ними большое количество профессионалов", - говорит генерал-майор МВД. Кроме того, дела оперативного учета в отношении организованных бандитских группировок были потеряны или уничтожены. Хотя общественность уверяли, что все сохранено. Из-за этого в масштабах страны бесконтрольными остались до 80 тысяч активных членов организованных преступных групп.

via ekonbez.ru

avva: дополнение про числа и ружья

Если вы рассуждаете с умным видом о том, как предотвратить убийства в школах, не имея понятия о размере явления, и предлагаете "решения", даже не пытаясь подумать о их цене в жизнях - вы идиот. Обидно? Не будьте им. Не будьте пикейным жилетом, не будьте Щеголевым, это целиком в вашей власти. Просто подумайте как следует, помедитируйте над - сто, тысяча, миллион, сто миллионов - и сравните в уме и на бумаге несколько чисел.

Неумение думать численно это не мелкий недостаток, всего лишь порождающий безответственную болтовню. У этого неумения есть реальные трагические последствия. Может, не в случае законов об оружии в США - идея вооружить учителей во всех школах, к счастью, весьма маргинальна. Но вот в Российской Думе сегодня 401 мерзавец проголосовал за закон, запрещающий американцам усыновлять детей из российских детдомов. Это стало возможным в том числе потому, что ужасные случаи смертей приемных детей в Америке раздувались в телеящике, в газетах, в журналах популярных писателей, не меньших мерзавцев, чем эти депутаты; и потребители всей этой пропаганды в массе своей не могли и не могут подумать об этом на языке цифр; сравнить число смертей и число усыновлений; сравнить смертность приемных детей в Америке и в России; сравнить количество случаев таких ужасных смертей в разных странах; итд. итп. У этого закона, если он войдет в силу, будут последствия уже очень скоро, в следующем году, и последствия эти будут - детское несчастье, болезни и смерти. Если бы только больше людей, намного больше людей умели думать числами - такая пропаганда бы не прошла.

В комментарии к моей исходной записи, увы, пришло немало людей, которые не озаботились мышлением вообще, и просто продолжили высказывать голословные утверждения, целиком основанные на идеологии. Часть из них пришла, видимо, по ссылке от известного в ЖЖ альтернативно одаренного пропагандиста, но от этого не легче. Вместе с тем, с несколькими людьми получилось поговорить по существу и даже с цифрами в руках - эти последние ветки отмечу отдельно: первая, вторая. Надеясь побудить людей больше к таким разговорам, и меньше к тупой болтовне, я позволю себе выписать несколько чисел, которые, дорогой читатель, вы и сами, как разумный человек - я знаю - можете за несколько минут найти. Но может, так кому-то будет легче.

• В США есть около 100 тысяч школ, около 4 миллионов учителей и около 60 миллионов учеников.
  
• В среднем от массовых убийств в школах США погибает каждый год около 5 человек. Список инцидентов есть в Википедии; он включает в себя много случаев только с 1-2 жертвами, но они в любом случае не значительно меняют эту статистику.
  
• Вышесказанного уже должно быть достаточно. Если вы всерьез предлагаете вооружить 4 миллиона учителей или значительную их часть (скажем, миллион), чтобы предотвратить пять убийств в год в стране с 60 миллионами учеников, если вы не понимаете, что не так в этой идее, то что-то не в порядке у вас с головой. Работайте над собой.
  
• В США есть около 40 миллионов владельцев оружия. В год происходит около 700 несчастных смертельных случаев от использования оружия, и около 16000 ранений. Примерно пятая часть жертв этих несчастных случаев - дети.
  
• Если вас интересуют все убийства в школах, а не только массовые, то подробная статистика есть в этом документе (спасибо worden_archives). В год в США убивают в школах от 25 до 50 учеников. Но тут надо отметить, что если в случае массовых убийств можно надеяться на то, что миллион вооруженных учителей смогут предотвратить заметную часть жертв от них, в случае одиночных убийств не видно причины так считать; подробнее эта тема обсуждается в одной из веток исходной записи по ссылке выше.
  
• Вот особенно интересные данные из этого документа: "За 2008-2009 школьный год было 1579 убийств детей школьного возраста в США, из них 17 произошли в школах". Вдумайтесь в эти числа: ученики проводят полдня в школе - "зоне, свободной от оружия", полдня вне ее, и количество смертей в школе в сто раз меньше. Вспомните эти числа в следующий раз, когда альтернативный разумом пропагандист будет вещать вам что-то вроде: надо перестать делать из школ "gun free" зоны, где мы фактически создаем охотничьи угодья для маньяка. Не будьте идиотами. Не поддавайтесь на пропаганду для идиотов.
  
• Наконец, сразу несколько комментаторов к прошлой записи почему-то решили, что единственной опасностью от вооружения миллиона учителей могут быть несчастные случаи от случайного использования оружия. Повторю, что подробно и убедительно о рисках рассказано в этом комментарии на реддите. Для тех, кто не пройдет по ссылке и не прочитает, повторю вкратце здесь: ученик может выхватить пистолет у учителя (а в Америке ученики с ментальными проблемами, с отставанием в развитии, с неумением понять следствия своих поступков обычно учатся в обычных школах, иногда в специальных классах). У учителя может быть нервный срыв или истерическая реакция, что-то, что случается не так уж редко в современных школах. Напомню, что вне школы значительня часть убийств - возможно, большинство? - совершается не продуманным образом, а в состоянии аффекта. Наконец, учитель может ощущать угрозу от ученика, реальную или переоцененную. Старшеклассники в США, как и в других странах, нередко крупнее и сильнее своих учителей и особенно учительниц.
  

via avva.livejournal.com