Почему Россия прокрастинирует и чем это кончится

Экономика страны при нефти за $40

Нынешние низкие цены на нефть являются результатом затоваривания хранилищ в связи с перепроизводством нефти в мире. Избытки нефти теоретически можно было бы хранить в танкерах, но это дорого стоит и владельцы идут на это, только если ожидают существенного роста цен в будущем. Сегодня таких ожиданий нет, и избытки продаются на спотовом рынке.

Однако, даже если бы объёмы хранилищ были многократно больше, нефть стоила бы ненамного дороже. В последние три года (в основном благодаря резкому увеличению добычи в США и параллельному росту эффективности потребления нефти во всём мире) предложение превышает спрос, а эластичность спроса не настолько велика, чтобы основные производители стали жертвовать долей рынка ради повышения цены — им выгоднее продавать больше, но дешевле. Последнее убедительно подтверждается недавним решением ОПЕК в очередной раз повысить квоты.

Тем не менее нынешняя ситуация не является долгосрочно устойчивой. США сегодня всё ещё добывают около 9 млн баррелей в день, но количество бурильных установок уже упало в три раза с пика, а нынешние цены — ниже $40 за баррель — не только ниже, чем общая себестоимость добычи, но уже приближаются к уровню операционной прибыли. Конечно, в истории биржевых товаров были периоды, когда они торговались дешевле себестоимости. Но добыча по ценам ниже операционной прибыли, особенно компаниями, имеющими существенный уровень краткосрочного долга, невозможна в течение сколько-нибудь долгого времени.

В то же время основные потребители нефти (и в первую очередь Европа) в ответ на драматическое снижение цен уже начали увеличивать спрос, что также должно способствовать балансировке цен. Можно ожидать, что цены ниже $40 за баррель не продержатся в течение всего 2016 года, а долгосрочные равновесные цены всё же находятся в диапазоне чуть выше $50.

«Россия прекратила всякое развитие»

Золотовалютные резервы России очень значительны — в мире мало стран, чьи резервы превышают объёмы импорта на три будущих года. При этом торговый баланс у России всё ещё положительный, и даже при цене на нефть в $35 за баррель он не будет быстро сокращаться. Россия сегодня прекратила всякое развитие, в том числе развитие потребительского рынка, финансовой системы — на этом фоне потребление не будет расти, как и импорт.

Конечно, уровень вывоза капитала в разных формах из России не будет уменьшаться, сальдо счёта текущих операций будет балансировать около нуля, и для поддержания минимального уровня социального обеспечения и бесперебойной работы инфраструктуры резервы всё равно придётся постепенно использовать. Оценки объёма такого использования зависят от цен на нефть и других факторов, но даже при цене на нефть выше $45 за баррель приблизительные расчёты дают потребность в использовании не менее чем $35–40 млрд резервов в год — за пять лет размер резервов сокращается до менее чем годового импорта. Это уже опасный уровень.

Кроме того, не надо забывать, что мы на самом деле не понимаем всех «дырок» сложившейся экономической системы. Каков реальный размер капитала банковской системы — учитывая, что ЦБ доказал свою несостоятельность как надзорный орган, а сегодняшние ещё живые заёмщики могут уже завтра обанкротиться из-за падающего спроса на их товары и услуги? Standard & Poor’s оценил «дыру» в банковской системе в 2–3 трлн рублей ($40 млрд) — и это только сегодняшний её размер. Какие средства потребуются для социального обеспечения работников строительной индустрии, которая, скорее всего, сократится в течение ближайших лет в два раза и более, работников туриндустрии, которая просто умирает, владельцев и работников малых и средних предприятий, которые уже готовы к массовому закрытию? Как повлияет на нас естественное сокращение трудовых ресурсов на 1% в год и рост числа пенсионеров параллельно с банкротством всей пенсионной системы? Что будет с закупаемыми у нас объёмами газа (да и нефти), если наши ключевые покупатели — Турция, Южная Европа, Украина, Китай — уже в ближайшем будущем явно существенно сократят закупки?

Мы не знаем не только реального размера «экономических дыр», мы также не можем знать, какие ошибки будут совершены российской властью в будущем, не знаем, как они отразятся на экономике. Наземная операция (хоть в Сирии, хоть в Таджикистане — Афганистане) обойдётся в десятки миллиардов долларов. Обострение отношений с Израилем (например, в связи с нашим вооружением Ирана) приведёт к усугублению дефицита продуктов питания, лекарств, потере поставщика технологий и комплектующих, в том числе для ВПК. Ссора с Китаем (например, по поводу влияния в Средней Азии) перекроет канал поставки товаров народного потребления, закроет последнее «окно» стратегических инвестиций, лишит надежд на доходы от сухопутного транзита. Сохранение жёсткой позиции по Украине приведёт к тому, что за пять лет мы можем потерять Европу как рынок углеводородов.

«Возвращение чёрного рынка и дефицита»

У России бюджет и так не слишком большой. Официально 45% федерального бюджета составляют прямые нефтегазовые доходы, ещё около 25% — налоги с торговли (в основном импортом). Остаток в пересчёте на душу населения на 25–30% ниже, чем текущий бюджет на душу населения в Украине, только что разорённой революцией, войной, поражённой тотальной коррупцией. Так что нам не до жиру. Фактически Россия сегодня в области экономики — это нефтегазовая корпорация с торговым домом плюс «недо-Украина».

Конечно, бюджет 2016 года в том виде, в котором он принят, по доходам выполнен быть не может. Дело не только в том, что цена на нефть Urals будет сильно ниже $50. Уже для уровня в $50 за баррель бюджет был нереалистичным. Это легко показать «на пальцах». Предыдущие годы (как минимум после 2008 года) доходы федерального бюджета, пересчитанные в баррели нефти, составляли от 3,9 до 4,1 млрд баррелей в год. Эта стабильность — наглядное доказательство тотальной зависимости от нефти. И вдруг бюджет 2016 года свёрстан в размере 4,3 млрд баррелей. При этом «ненефтяной» экспорт у нас упал почти на 50% за два года, производство для внутреннего потребления сократилось на 20–30% (удержаны объёмы производства только в нескольких узких областях пищевой промышленности), прибыль компаний (а значит, налоги на прибыль) упала в разы, средняя зарплата (а значит, НДФЛ) сократилась едва ли не в два с половиной раза. И так далее. Мы даже для $50 за баррель переоценили доходы на 1,5–2 трлн рублей. А уж для $40 за баррель мы, скорее всего, должны вычесть ещё 2 трлн.

Тем не менее вполне возможно, что существенных сокращений расходов бюджета не будет. У страны ещё есть резервные фонды, да и эмиссионный механизм ещё никто не использовал. Власть в России находится в очень тяжёлом положении — дальнейшее сокращение социальных расходов ускорит падение её рейтинга и может привести к серьёзному изменению настроений в обществе (скорее всего, в пользу поднимающих голову социалистических оппонентов власти, которые ещё вчера были абсолютно лояльны).

Сокращение расходов на силовой блок и ВПК может привести к потере контроля над страной, который в большой степени сегодня достигается лояльностью ФСБ, армии и полиции. Сокращение государственной помощи приближённым олигархам и сокращение финансирования проектов правящей элиты могут привести к потере устойчивости самой власти, возникновению внутренних конфликтов, которые приведут к попыткам изменения её конфигурации.

В этой ситуации скорее надо ожидать дальнейшей прокрастинации решений и реформ, сокращения бюджета исключительно за счёт науки, культуры, образования и параллельной попытки понемногу «включать станок» исключительно для обеспечения роста социальных выплат и зарплат в госсекторе. Учитывая, что рост производства в нынешних условиях невозможен, большая часть оказавшихся в экономике денег сразу уйдёт на импорт. Результатом будет рост инфляции и падение ВВП — текущая композиция бюджета не стимулирует создания средств производства и роста эффективности.

Следующим логичным шагом будут попытки ограничить естественные потери валюты — через туризм, импорт, вывоз капитала, деинвестирование. Начнётся постепенное создание ограничений. Сперва, видимо, финансовых (в виде налогов, пошлин), потом — административных (запреты, ограничения по объёму). Дальше — возврат к регулированию курса рубля и начало регулирования цен на наиболее значимые товары. Это будет означать возвращение чёрного рынка и дефицита. Хочется верить, что произойдёт это не в 2016 году.

«Бизнес, который не связан с государством, продолжит сжиматься»

У нас в стране, грубо говоря, четыре вида бизнеса.

Монополии, будь то нефтегазовые или транспортные, будут агрессивно лоббировать субсидии, мотивируя это риском перебоев в работе и негативным социальным эффектом. Они будут получать меньше (деньги взять неоткуда), сокращать инвестиционные программы (неизвестно, плохо это или хорошо, так как их программы крайне неэффективны), но бюрократический рост внутри них не остановится, как не остановятся рост их тарифов (тем более что субсидий становится меньше) и падение качества услуг.

Бизнес, связанный с экспортом, будет себя чувствовать хорошо — себестоимость будет неуклонно снижаться. С другой стороны, этот бизнес будет испытывать на себе возрастающее налоговое давление. В каком-то смысле пойдёт возврат в 1990-е — всё большую часть прибыли будут прятать в офшорах, всё большая доля расходов на персонал будет серой.

Бизнес, встроенный в государственную вертикаль, будет страдать от дефицита денег и умолять начать печатать необеспеченные рубли, чтобы потратить их либо на его спасение, либо на его услуги. Всё чаще мы будем слышать начатые «Столыпинским клубом» псевдонаучные призывы к масштабной эмиссии и новым большим проектам. На неконтролируемой эмиссии можно много заработать и много украсть. Стратегически она добьёт нашу экономику, но лоббисты не сентиментальны, их задача — заработать побыстрее и побольше.

Наконец, весь прочий бизнес — частный бизнес, который не связан с государством, — будет дальше сжиматься. Наиболее эффективные единицы смогут за счёт захвата доли рынка, остающейся от обанкротившихся коллег, удачно сократить издержки и даже вырасти. Они проживут дольше в надежде, что политика наконец изменится и они смогут начать развиваться. Но в целом продолжится исход предпринимателей — из бизнеса и из страны. В последние годы тысячи бизнесменов каждый год уезжают, чтобы создать бизнесы в США, Европе, Турции, Израиле, Индокитае и других местах.

Андрей Мовчан @ Секрет Фирмы via Nickolay V. Kononov

Хроника пикирующего бомбардировщика

Вы почувствовали кризис? Вероятнее всего, нет. Ну или те его признаки, которые вы замечаете, далеко не так страшны, как можно было бы себе представить.

С полок магазинов пропал пармезан и ещё несколько сортов сыра, которых большинство наших соотечественников ни разу в жизни не пробовало. Курс доллара вырос почти в два раза, но макароны и картошка стоят почти столько же, как прежде. Упала стоимость нефти, но по бензоколонкам этого не заметно. Увеличилась ключевая ставка, но тем, кому и раньше не давали кредит, - всё равно. Поднялись цены на туры в страны, которые большинство россиян никогда не посетит. Ну, бытовая техника серьезно подорожала, так и это не страшно: в ожидании этого события перед новым годом население оперативно смело с прилавков магазинов электроники всё, что ему было нужно, и что не нужно - тоже смело. Немного беспокоят цены на гречку, но как-нибудь и это переживём. Короче - «не смешите мои Искандеры».

Вот уже и новогодние праздники закончились, а привычный нам мир не рухнул, несмотря на все санкции и громкие заявления Обамы, что «экономика России порвана в клочья». Как же так? Может, клевещут завистники? Может быть, Путин опять «всех переиграл»? Может, мы ещё всем покажем кузькину мать?

Увы, нет. Попробую объяснить, что я имею ввиду.

Представьте себе, что вы летите на самолёте с надписью «Российская Федерация» на борту. Высота полёта - 10000 метров, скорость - 900 км/ч, температура за бортом -60 градусов по Цельсию. По салону ходят стюардессы, разносят напитки и вдруг гул двигателей смолкает, скорость начинает падать, нос самолёта наклоняется вниз и начинается снижение. У вас внезапно закончилось топливо. Пассажиров охватывает паника.

О чём думал штурман? Куда смотрел пилот? Почему они игнорировали сигналы диспетчера? Был ли исправен датчик уровня топлива? На кой чёрт залетели на территорию сопредельного государства? Зачем переругались со всеми ближайшими аэропортами? Почему самолёт уже 15 часов летает кругами? Все эти вопросы тут же возникают у наиболее смышлёных пассажиров и они пытаются задавать их членам экипажа.

Экипаж пытается успокоить пассажиров, заявляя примерно следующее:

• Запас высоты позволит нам долететь куда нужно даже без топлива.
• Без топлива самолёт стал легче и мы теперь сможем лететь, опираясь на восходящие потоки воздуха.
• Всё топливо украли Украинцы, в пустом топливном баке обнаружена визитка Яроша.
• Теперь мы, наконец, наладим производство топлива из воздуха с помощью нанотехнологий и избавимся от топливной зависимости.
• На самом деле мы летим вверх, просто враги, которые хотят нам нагадить, наклонили землю. Долго они её держать не смогут и всё скоро вернется в норму.
• Если мы объединимся вокруг православных ценностей, то сможем летать с божьей помощью.
• Информацию о том, что топлива не хватило, потому что пилот с дружками пропил выделенные на него деньги, распространяют враги.
• Ну и что, что мы падаем? Не впервой! Падали и в 90-е, и в 2008-м, тогда пережили и сейчас переживём.
• Без топлива наш самолёт упадет на вражеский нефтеперерабатывающий завод и им же будет хуже.
• У пилота есть план, как долететь до светлого будущего, но план страшно секретный - чтобы не помешали враги.
• Если кому-то не нравится, как мы летим - можете выпрыгнуть прямо сейчас.
• Другого пилота на борту нет, ну и что, что он не из лётной школы, а из КГБ?
• Вы что, специалисты по полётам? Сначала закончите лётную школу, поуправляйте пару лет самолётом - вот тогда и говорите, что мы падаем.
• Ну и что, что самолёт снижается? Зато температура за бортом становится выше!
• Нужно не критиковать пилота, а дружно махать руками, как крыльями - вместе победим.
• Да вы посмотрите, что делается у других: украинский самолёт подбит ракетой и падает быстрее нашего, в голландском летят геи, во французском ругают пророка Мухаммеда.
• Наш самолёт - самый большой мире, в нём больше чугуна и дерева, чем в любом другом самолёте - что с ним вообще может случиться?
• Причина падения - происки врагов и завистников, но мы их поставим на место.

Люди доверчивые и недалёкие в это верят, у остальных от этих слов волосы становятся дыбом. Кто-то начинает во весь голос орать, что «нас обманывают и мы все умрём». Таким затыкают рот и покрепче привязывают к креслам. Особо буйных запирают в туалете.

В это время в кабине пилота лихорадочно пытаются исправить ситуацию. Для начала самолёт направляется к земле. Скорость снова растёт, но высота быстро падает, да и пассажиры, сидящие ближе к иллюминаторам, начинают вопить от ужаса. Тогда нос задирают вверх, начинается набор высоты, но падает скорость и самолёт вот-вот свалится в неуправляемый штопор. Экипаж в это время лихорадочно ищет парашюты, стараясь отвлечь пассажиров, чтобы на борту не возникла паника.

Если вернуться из метафоры в реальность, то наша экономика сейчас находится именно в этой точке. Произошло примерно следующее:

Цены на нефть упали в два раза. Это неприятно, но кроме нас и Венесуэлы с её сумасшедшим президентом никто так сильно из-за этого не пострадал. Любой здравомыслящий человек понимает, что биржевые котировки похожи на азартную игру: сегодня взлёт, завтра падение, что будет послезавтра - не знает никто. И ставить на нефтяную карту судьбу страны можно либо от безысходности, либо от глупости, либо от полного к этой самой судьбе безразличия.

В этой ситуации можно было бы опереться на другие отрасли, да вот беда - мы последовательно разрушали в экономике всё, кроме сырьевого сектора, находящегося в руках узкого круга ограниченных людей. Строить крупный бизнес в условиях, когда его могут в любой момент отобрать - глупо. Единственная гарантия от неожиданной экспроприации - близость к первому лицу. Но если такая близость имеет место, то гораздо проще и выгоднее зарабатывать в рамках концепции «качай нефть & пили бабло», а не ломать себе голову над высокотехнологичным производством. То, что творится с малым бизнесом, ещё ужаснее. Бесчисленных поборов, беспрецедентно дорогих кредитов и бессмысленных проверок оказалось недостаточно, поэтому на всех думающих и самостоятельных людей, способных вести бизнес, навесили позорные ярлыки «креаклов», «либерастов», «демшизы», «пятой колонны» и так далее.

Этого показалось мало и мы испортили отношения со всеми странами, которые могли бы помочь нам в трудной ситуации. Мы старательно лепили из них образы врагов, оскорбляли, грозили им и, наконец, перешли все разумные рамки, аннексировав Крым и начав войну на востоке Украины. В обмен на дотационный регион с грязным морем и посредственным вином мы получили санкции. Из-за бесконечной тупости и полного непонимания экономических процессов эти санкции показались нам смешными. Более того, нам они почему-то показались недостаточными и мы сделали невероятное: сами ввели против себя продуктовое эмбарго и этим усилили инфляцию.

Курс рубля начал не просто падать, а буквально полетел вниз, что вызвало панику на валютном рынке. Заторможенная реакция Центробанка не успела погасить эту панику в зародыше и продемонстрировала участникам рынка некомпетентность его руководства. Фактически, ЦБ сейчас представляет собой не регулятора рынка, а обезьяну с гранатой. Сначала ЦБ просто просаживал миллиард за миллиардом в тщетных попытках удержать курс. Затем заявил, что удерживать курс не будет, но продолжил тратить всё те же миллиарды золотовалютных резервов на интервенции. За год резервы ЦБ снизились на 125 миллиардов долларов, то есть почти на треть.

Роснефть, наша краса и гордость, так здорово управлялась эффективными менеджерами с космическими зарплатами, что сейчас фактически является банкротом. Для начала Роснефть взяла на международных рынках кредитов на сумму более 40 млрд. долларов и приобрела на них ТНК-BP. Сейчас вся Роснефть в сумме с ТНК-BP стоит меньше, чем эти 40 миллиардов, доходы от нефти упали в два раза, долги нужно отдавать, а перекредитоваться на западе больше нельзя из-за санкций. Разумеется, государство не могло бросить своё любимое детище на произвол судьбы и выдало Роснефти кредит под облигации в размере 600 миллиардов рублей. С этим кредитом Роснефть радостно побежала на валютный рынок (отдавать-то нужно в долларах) и обвалила курс до 80 рублей за доллар.

Следующий ход сделал ЦБ, взвинтив ключевую ставку до невероятных 17,5% годовых (выше только в Белоруссии и наиболее отсталых африканских странах). Ключевая ставка определяет нижнюю границу стоимости денег для банков - по ней они берут в долг у ЦБ. Идея была в следующем: заимствования зарубежом невозможны из-за санкций, а внутри страны крайне затруднены из-за высокой ставки. В таких условиях у банков просто не будет денег на валютные спекуляции и курс пойдёт вниз. Дополнительно президент убедительно попросил крупнейших экспортёров «добровольно» продавать свою валютную выручку, чтобы увеличить предложение валюты и снизить курс доллара.

Это помогло, но лекарство оказалось хуже, чем болезнь. Во-первых, курс рубля остаётся искусственно завышенным, только эту разницу теперь оплачивает не ЦБ, а компании-экспортёры. То есть мы ухудшаем положение тех, кто хоть что-то зарабатывает, и режем курицу, несущую золотые яйца. Во-вторых, высокая ключевая ставка мгновенно повысила ставки банков по всем кредитам для физических и юридических лиц.

Банковский сектор ждут тяжёлые времена. До сих пор банки брали дешёвые деньги на международных рынках, добавляли к этому свой процент и выдавали их в виде кредитов в рублях. Сейчас рубль обесценился, ставки по кредитам для физлиц пересматривать запрещено законом, а возвращать взятые средства нужно. Перекредитоваться зарубежом, напоминаю, нельзя из-за смешных санкций, а внутри страны - из-за высокой ключевой ставки. Вдобавок население активно забирает из банков рублёвые вклады и переводит их в валюту. Выдавать кредиты нечем, а если бы и было чем, то по ставке более 20% годовых их никто не может себе позволить.

По существующим стандартам чуть ли не большинство банков имеют отрицательный капитал. Чтобы избежать массового банкротства банков и связанной с этим паники, ЦБ закрывает глаза на их финансовую отчётность и закачивает в них дополнительный капитал. Делать это он будет до тех пор, пока держать их на плаву дешевле, чем банкротить и компенсировать вкладчикам потери из фондов Агентства Страхования Вкладов. Думаю, не нужно объяснять, что это снижает резервы ЦБ и вбрасывает в экономику дополнительные деньги, повышая инфляцию. С чем боролись, на то и напоролись.

Дальше будет веселее. Высокие кредитные ставки полностью остановят инвестиции. Эффект от этого станет заметен через несколько лет, но отбросит нашу промышленность далеко назад, ведь без современного оборудования производить конкурентоспособную продукцию невозможно.

Высокие кредитные ставки остановят ипотечное кредитование. Строители почувствуют это уже в текущем году и серьезно снизят объемы строительства нового жилья, огромное количество людей останется фактически без работы.

Высокие кредитные ставки поставят на грань выживания все компании, которые брали кредиты под оборотные средства. Уже закупленное сырье, комплектующие или готовые товары они распродадут, вернут взятые кредиты, а новые взять не смогут. Соответственно, новые закупки делать будет просто не на что, объем производства резко упадёт. Кто-то разорится сразу, кто-то ещё немножко помучается в напрасной надежде на внезапное улучшение ситуации.

В любом товаре, будь он хоть трижды отечественный, всегда есть импортная составляющая. Комплектующие, производственное оборудование, расходные материалы, упаковка, семена, саженцы, химические компоненты - всё это закупается зарубежом. Напомню, что сами мы кроме полезных ископаемых мало что производим, хотя и они тоже добываются с помощью импортного оборудования. Растёт доллар - растет и себестоимость продукции, но торговые сети требуют своих поставщиков уведомлять о повышении цен за 120 дней. За это время курс доллара может вырасти более чем на 30%.

Кого-то из поставщиков это полностью разорит, кто-то на время уберет свой товар из сетей, кто-то повысит цены с большим запасом, на всякий случай.

Торговым сетям это не пойдёт на пользу. Пустеющие полки и высокие цены не способствуют бойкой торговле. Реальные доходы населения расти не будут, так что доходы в торговле заметно упадут. Сначала начнут закрываться те, кто торгует импортными товарами, одеждой, обувью, бытовой техникой, затем те, кто торгует стройматериалами, в последнюю очередь - продовольственные сети. Уже полностью закрылись такие сети, как Esprit (одежда), Белый ветер (электроника), другие держатся, но закрывают магазины десятками, как Метрика (стройматериалы). Скоро такие новости мы будем слышать всё чаще и чаще.

Очередной удар получит туристический бизнес, и так потерявший за последний год многих игроков. Компании начнут экономить, и в первую очередь - на рекламе. Это быстро почувствуют на себе рекламные агентства, издательства, типографии, теле- и радио-каналы.

Рынок труда накроет волна сокращений персонала. Причём число безработных пополнят не только работники коммерческих предприятий, но и бюджетники, так как падение цен на нефть резко снизило доходы бюджета, а почти половина Фонда Национального Благосостояния (1,5 триллиона рублей) будет использована в этом году на программу поддержки экономики. Деньги получат те, кто работал особенно бездарно и неэффективно, из-за чего и оказался в сложном положении.

Примерно половина населения страны может позволить себе только самое необходимое, а цены на продукты питания уже выросли на 16%. Те, у кого доходы больше, начнут меньше тратить и больше откладывать на черный день. Совокупный спрос заметно снизится, что приведёт к очередному витку падения ВВП.

Через какое-то время обанкротится сначала один крупный банк, потом, на волне возникшей паники, второй. Это полностью исчерпает резервы Агентства Страхования Вкладов, и следующее банкротство либо лишит людей их сбережений, либо потребует привлечения последних резервов ЦБ. Население будет снимать вклады и конвертировать их в наличную валюту, снижая курс рубля.

На рынке недвижимости наступит мертвый штиль. Стоимость жилья и арендные ставки изменятся не очень сильно, но объём сделок на рынке значительно снизится. В бизнес-центрах и торговых центрах появится много не сданных площадей.

Из страны продолжат убегать и люди, и капиталы. В прошлом году за границу ушли рекордные 150 миллиардов долларов, в этом году рекорд будет побит.

При дальнейшем развитии событий мы увидим все другие прелести полномасштабного кризиса:

• Многомесячные задержки зарплат и забастовки рабочих;
• Закрытие предприятий в моногородах и перекрытые безработными федеральные трассы;
• Обязательную продажу валютной выручки и черный рынок валюты.

Но это всё будет позже, а пока доллар балансирует около отметки в 65 рублей и мы пытаемся надеяться на лучшее, читая оптимистичные прогнозы и не замечая первых всполохов надвигающейся грозы.

Хуже всего то, что ввиду своей исключительной некомпетентности и принципиальной оторванности от интересов народа власть сейчас непредсказуема и способна на любой фортель, который легко может сделать тяжёлое положение критическим, а критическое - безвыходным.

P.S. Делать прогнозы, привязанные к точным срокам, в такой ситуации абсолютно бессмысленно. Если всё будет нормально, то доллар может подойти к отметке в 100 рублей к концу весны, а если правительство опять учудит - то хоть завтра.

Вадим Жартун @ Zhartun.me

Начался финансовый крах фашистской России. Почему?

Прошло пять календарных дней с момента послания президента Путина Федеральному собранию. У каждого было время подумать над содержанием ещё больше и ещё глубже, нежели по поверхностным первым впечатлениям

Но фондовый рынок, представляющий собой «коллективный разум инвесторов», обеспечивающих спрос и предложение на финансовые активы, не стал ждать нас, тугодумов. Он начал реагировать без наших дум.

На прошлой неделе фондовый рынок акций потерпел крушение ещё на 7%, акции АФК «Система» упали ещё на 40%, а долговые обязательства российских компаний продолжили своё сползание вниз, которое, как казалось тогда, пока что не выглядело таким катастрофическим, как могло бы быть. На этой неделе всё продолжается в том же ключе. Рубль бьёт все новые антирекорды почти каждый день, а ЦБ, в среднем, продолжает расходовать свои резервы на бессмысленную поддержку рубля, порядка одного миллиарда долларов в день.

Что происходит?

Происходит гигантская финансовая катастрофа для России, которая только что началась. Происходит процесс де-левереджинга страны. Почему?

Потому что президент Путин, в своём послании Федеральному собранию 4-го декабря, объяснил, что Россия становится (и станет) фашистской страной победившего неофеодализма, несовместимой с капитализмом и капиталистическими финансовыми рынками. И так думаю не только я (это было бы не бедой, если бы я так думал и ошибался), а и все финансовые инвесторы в мире, как иностранные, так и российские.

Почему они так думают?

Потому что Путин обозначил «ни шагу назад» с занятых рубежей, после аннексии Крыма. Это – примерно 1938 год гитлеровской Германии, после аннексии Судетской области. Инвесторы знают, что будет потом.

Неважно, какую «псевдолиберальную» экономическую программу он озвучил во второй части своей речи. Она не заработает. Или заработает примерно так же, как в гитлеровской Германии, только на 1% эквивалентной эффективности, потому что Россия образца 2014 года – это не Германия образца 1938 года, и в 2014 году интегрированность России в остальной мир представляет из себя феномен, неслыханный для самой России образца 1998 года. Россия импортозависима практически во всём. Такого уровня глобализации и такого уровня импортозависимости у Германии не было даже близко, в 1938 году.

А с геополитической точки зрения – это кошмар и ужас, та его речь. «Защитить соотечественников», «на нашей стороне правда и справедливость», «на нашей стороне легитимность», «Крым – это для нас стратегически важная территория», «Крым – это исторически важная для нас территория», и так далее – по образу и подобию Гитлера и его речей, во время аннексии Судетской области в 1938 году, да ещё сдабривается геббельсовской пропагандой во всех СМИ.

Далее из уст Путина уже дуэтом вступают гитлеры и геббельсы наших дней – «Майдан и революция осуждены всем мировым сообществом», «Майдан и революцию в Украине организовали американские покровители и спонсоры», «они, как всегда, действовали из-за бугра», «для России готовился югославский сценарий». 

Финансовые рынки знают, что Гитлер – не жилец, и гитлеризм не может быть объектом инвестиций в XXI веке.

Финансовые рынки знают, что у Российской Федерации теперь нет международно-признаваемых границ – впервые за много десятилетий с окончания Второй мировой войны. И в скором времени так и не будет.

Финансовые рынки знают, что токсичность России уже здесь и сейчас, и только лишь набирает обороты.

Финансовые рынки начали действовать моментально.

Самые ликвидные рынки – это валютные рынки, и, в отношении России – рынок акций. Рынок корпоративных облигаций, хоть и огромный, не так ликвиден, как многие думают, потому что в него вкладывают деньги долгосрочные финансовые инвесторы, в т.ч. иностранные пенсионные фонды, и, соответственно, являются долгосрочными портфельными держателями этих долговых инструментов.

И на прошлой неделе началась реакция, в основном, двух рынков – рынков валютных и рынков акций. В понедельник, 1-го декабря, рубль потерпел свой рекордный за последние 16 лет крах, продолжая девальвироваться. Рынок акций отреагировал точно так же – пошли распродажи, более того пошли распродажи и по т.н. маржин-коллам («margin call»), т.е. среди инвесторов, торгующих, в том числе, на заёмные средства. А таковых в России и в мире очень много. Почти каждый день индекс РТС терял от 1 до 4%, всё время. Ну, что здесь непонятного? Только лишь ещё набирает обороты распродажа тех, кто торгует на заёмные средства («on margin»), и каждый новый процент вниз по индексу РТС означает всё больше и больше инвесторов, получающих эти маржин-коллы. Эти инвесторы вынуждены продавать, с потерями, и это ещё болъше толкает индекс РТС вниз. И это вызывает всё большие маржин-коллы. 

Вернёмся к июлю этого года, когда я предсказал наступление «токсичности» в России, и её неминуемый финансовый и экономический крах, в основном из-за этого. Токсичность означала, в моём понимании, исключение России, как страны, из глобальных финансовых рынков, вне зависимости от периметра санкций. После моего первого поста на Фейсбуке, по этому поводу, который я написал 23-го июля, всё произошло именно так, как я и прогнозировал, с точностью на 100% как по принципу действия, так по масштабу, так и по таймингу.

И вот промежуточная деталь, между июлем и сегодняшним днём: 15-го сентября я получаю информацию от одного из крупнейших брокерских домов России, что их инвестиционный банк, ранее фондировавшийся практически всеми международными финансовыми институтами без проблем, испытывает финансовый стресс и трудности с финансированием, потому что все международные финансовые институты закрыли торговые и кредитные линии, за исключением двух. Ну что такое две линии, в сравнении с тем, что было – т.е. в сравнении с двадцатью? Департамент корпоративных финансов умер сам собой, потому что российские эмитенты прекратили выпускать облигации и выводить свои акции на биржи, а департамент торговли ценными бумагами начал жить в режиме перманентного кризиса не только по инвестиционным соображениям, но и по структурным – не может торговать, как раньше.

Прошло несколько месяцев. Наступило 9-е декабря. Великий процесс российского де-левереджинга продолжился. Вот письмо сегодня, от того же человека: «Похоже Большой Писец настанет до нового года. В пятницу Сбербанк закрыл все репо с неломбардными бумагами. И Альфа предупредила клиентов, что не будет продлевать такие репо. Вот и всё, конец нашей истории».

Если кто не знает, сделки «репо» («re-purchase agreements») – это одна из разновидностей финансового левереджа. Он заканчивается. Большим Взрывом.

Что же делается с рынком долговых обязательств? 

Моё мнение – он ещё не отыграл даже 25% того, что должен был, на сегодняшний день. Не то, что он должен был бы отыграть на завтрашний, и на конец года, и на три месяца вперёд, нет. Он не отыграл всего того, что он должен был бы сделать именно на сегодняшний день, и он является переоценённым. Его надо «шортить». Почему?

Подавляющее большинство держателей российских долговых инструментов – это американские инвесторы. Практически все они являются долгосрочными инвесторами (кроме некоторых хедж-фондов). То есть они сидят себе смирно, получают свой купон (доходность), радуются повышением цены купленных облигаций, если повышение есть (т.е. снижением доходности) и ждут даты погашения, чтобы получить всю сумму номинала облигации. Хоть тридцать лет, если облигация 30-летняя. Мало кто из них торгует этими инструментами, в нормальных условиях. Нет, торгуют, конечно, но не в спекулятивных краткосрочных целях (кроме некоторых, не всех, хедж-фондов). И, если уж торгуют, то реально большими размерами, после принятия определённых инвестиционных решений купить или продать облигацию XYZ.

Часть этих облигаций куплена на заёмные средства. Особенно хедж-фондами.

Номинальные суммы всех этих облигаций – колоссальные деньги. И среди них – примерно 20% в рублях. Представляете, каждый пятый вложенный доллар, в эти облигации – это, на самом деле, рублёвый инструмент. А теперь представьте себе, что у вас имеется портфель облигаций, на 80% состоящий из еврооблигаций, деноминированных в долларах или евро, и на 20% состоящий из рублёвых облигаций, деноминированных в рублях. При прочих равных, ваша 20%-я аллокация на рублёвые облигации только что обесценилась, в долларах, на 50% из-за рублёвой девальвации. Это очень много, для портфелей облигаций. Но не в этих деньгах «счастье», или, вернее, не только в этих. Потому что 80% остального портфеля, деноминированного в долларах или евро, у вас тоже резко теряет в цене.

И вы должны всё это оценивать «по рынку». А после этого те организации, которые предоставляли вам левередж (т.е. заёмные средства), говорят вам – «Не можем больше предоставлять левередж, давайте назад заёмные средства». Ну, там частично или полностью. Потому что сумма вашего залога против этих заёмных средств упала. Донесите больше залога, или отдайте часть заёмных средств (или все), или продайте часть портфеля, для уменьшения левереджа и возвращения нам части заёмных средств.

И вот тогда начинается распродажа долгов из портфелей уже гораздо более долгосрочных финансовых инвесторов.

Проблема в том, что именно в этот момент этот рынок, как правило, становится гораздо менее ликвидным. Этот рынок – рынок российских корпоративных облигаций. И когда все хотят выйти одновременно, в одну и ту же дверь, то процесс т.н. «ценообразования» (т.е. «price discovery») основывается как раз на этом ужасе – когда исчезают все заявки на покупку и есть только заявки на продажу. И тогда происходит обвал котировок, происходит market crash или market meltdown, в зависимости от глубины и широты падения.

Дальше – хуже. Волна продаж стремительно понижает котировки ещё дальше, и это, в свою очередь, вызывает новые маржин коллы. И так по спирали вниз – до самого дна, которое я не очень знаю, когда будет достигнуто.

Что это значит для реальной российской экономики? Это значит, что ни одна компания в России, или почти что ни одна, не сможет заимствовать капитал на жалких остатках финансового рынка лучше, чем эта новая доходность – которая становится катастрофически высокой, для компаний-заёмщиков.

Но и это ещё не всё.

Дело в том, что вся российская банковская система, все банки, вся российская пенсионная система, все пенсионных фонды являются инвесторами в российские долговые обязательства. ОМГ. Когда они переоценят свои портфели долговых обязательств, то они поймут, что у них нет денег ни обязательства по банковским вкладам исполнять, ни по пенсиям. И тогда они все рухнут.

Ну, вы можете себе представить эту спираль, да? Одно звено тянет за собой другое звено, другое – третье, и так далее.

Все эти взаимосвязи, характерные для финансового капитализма, начинают рушиться при фашистском неофеодализме, и этот процесс может быть быстрым, мощным, гигантским и чрезвычайно болезненным для всей экономики страны. Финансовый хаос приведёт к хаосу экономическому.

Средний класс России будет уничтожен. Он станет просто бедным. Бедные станут нищими. Нищие станут хуже, чем нищими, и начнётся русский бунт, грозный и беспощадный.

Страной управляют политические, экономические, финансовые и юридические дегенераты. Превращая страну в фашистский неофеодализм нищих людей, управляемых супер-богатой кликой узурпаторов-неофеодалов.

Великий де-леверджинг ускорит это превращение. А возможно, в этом и заключался первоначальный план от 1-го марта сего года.

Slava Rabinovich @ FB via Новое Время