Я не верю в десталинизацию

Он правил страной почти тридцать лет и все это время убивал. Он убивал своих соратников (что было не так уж несправедливо, ибо они сами были убийцами), и он убивал тех, кто убил этих соратников. Он убивал и жертв и их палачей. Потом он начал убивать целые категории людей — выражаясь его же языком: классы. Потом он занялся геноцидом. Количество людей, погибших в его лагерях, не поддается учету, как не поддается учету количество самих лагерей, в той же пропорции превосходящее количество лагерей Третьего Рейха, в которой СССР превосходит Германию территориально. В конце пятидесятых годов я сам работал на Дальнем Востоке и стрелял в обезумевших шатунов–медведей, привыкших питаться трупами из лагерных могил и теперь вымиравших оттого, что не могли вернуться к нормальной пише. И все это время, пока он убивал, он строил. Лагеря, больницы, электростанции, металлургические гиганты, каналы, города и т. д., включая памятники самому себе. И постепенно все смешалось в этой огромной стране. И уже стало непонятно, кто строит, а кто убивает. Непонятно стало, кого любить, а кого бояться, кто творит Зло, а кто — Добро. Оставалось прийти к заключению, что все это — одно. Жить было возможно, но жить стало бессмысленно. Вот тогда–то из нашей нравственной почвы, обильно унавоженной идеей амбивалентности всего и всех, и возникло Двоемыслие.

Говоря «Двоемыслие», я имею в виду не знаменитый феномен «говорю–одно–думаю–другое–и–наоборот». Я также не имею в виду оруэлловскую характеристику. Я имею в виду отказ от нравственной иерархии, совершенный не в пользу иной иерархии, но в пользу Ничто. Я имею в виду то состояние ума, которое характеризуется формулой «это–плохо–но–в–общем–то–это–хорошо» (и — реже — наоборот). То есть я имею в виду потерю не только абсолютного, но и относительного нравственного критерия. То есть я имею в виду не взаимное уничтожение двух основных человеческих категорий — Зла и Добра — вследствие их борьбы, но их взаимное разложение вследствие сосуществования. Говоря точнее, я имею в виду их конвергенцию. Сказать, впрочем, что процесс этот проходил совершенно осознанно, означало бы зайти слишком далеко. Когда речь идет о человеческих существах, вообще лучше уклоняться, елико возможно, от всяких обобщений, и если я это себе позволяю, то потому, что судьбы в то время были предельно обобщены. Для большинства возникновение двойной ментальности происходило, конечно, не на абстрактном уровне, не на уровне осмысления, но на инстинктивном уровне, на уровне точечных ощущений, догадки, приходящей во сне. Для меньшинства же, конечно, все было ясно, ибо поэт, выполнявший социальный заказ воспеть вождя, продумывал свою задачу и подбирал слова,— следовательно, выбирал. Чиновник, от отношения которого к вещам зависела его шкура, выбирал тоже. И так далее. Для того чтобы совершить этот правильный выбор и творить это конвергентное Зло (или Добро), нужен был, конечно, волевой импульс, и тут на помощь человеку приходила официальная пропаганда с ее позитивным словарем и философией правоты большинства, а если он в нее не верил,— то просто страх. То, что происходило на уровне мысли, закреплялось на уровне инстинкта, и наоборот.

Иосиф Бродский via Dirty.ru

Сталинизм

Оказывается, меня можно вывести из себя! Ура, я живой!

Евгений Грин пишет мне вопрос в комментариях:

"Андрей, у меня был в голове совершенно другой комментарий, потом я прочитал про сталина. И возник вопрос. Сталин кроме поругания и забвения больше ничего не заслуживает? Его можно рассматривать только как кровавого тирана и экономические, индустриальные вопросы не важны?"

Евгений, сразу прошу прощения за эмоции, я уважаю Вас и Ваш вопрос. Но уж больно он страшный.

Итак, Евгений, любитель частных самолетов и гоночных машин, судя по заставке в ФБ, носитель длинных волос и любитель публичных выступлений судя по фотографии. Рассказываю:
Вы уже десяток лет, после голодного студенчества, когда одну шинель вам приходилось носить пять зим, а ботинки (тоже одни) вам латал знакомый сапожник "за так", работаете инженером в КБ в Москве. На дворе расцвет СССР, Вы недавно смогли с женой и дочкой переехать из холодного угла избы ее родителей в районе нынешней ул Свободы в отдельную комнату 9 кв.м. в доме-малоэтажке на Соколе (правда у вас на 18 комнат один туалет и кран, из которого течет ржавая холодная вода, но по сравнению с промерзающим углом это - роскошь). Жена работает учителем в школе, дочь - в яслях (вам повезло), двух зарплат с шестидневной работы вам хватает на скромную еду и типовую одежду, иногда к празднику вы можете даже подарить что-то жене - например "вечную" ручку. Жену вы любите и балуете - она молодая (родилась в канун революции), уже "новый человек", нежная и добрая. Зря вы ее балуете - не знает она, что можно, а что нельзя. Лучше бы били, как большинство ваших бывших соседей по деревне ее родителей! Как то в школе на педсовете, на разборе, почему не все учителя в достаточной степени доносят до классов справедливость и своевременность расправы с предателями и изменниками, она не только не выступает с сообщением о всеобщей радости, но даже тихо говорит своей многолетней подруге и коллеге: "как этому вообще можно радоваться - какие бы они ни были - они же люди!". Говорит она это тихо, но доносов будет написано целых три, один - от подруги. Жену вашу возьмут через неделю, в час ночи. Будут спокойны и вежливы, вы на два голоса будете кричать, что это ошибка, и они будут уверять - конечно ошибка, но у нас приказ, мы довезем до места, там разберутся и сразу отпустят. Утром вы начнете пытаться выяснять, а ваши друзья, на вопрос, как выяснить, будут уходить от разговора - и сразу от вас, при следующей встрече вас просто не замечая. Наконец вы дорветесь до нужного кабинета, но вместо ответов вам начнут задавать вопросы и покажут признательные показания - ваша жена была членом троцкистской группы, связанной с японской разведкой. Цель - развращать школьников и опорочивать советскую власть. На листе с показаниями будет ее подпись - дрожащая и слабая, в углу две капли крови. От вас будут требовать дать косвенные улики - "не могла же она не говорить с вами на эти темы? С кем из подозрительных лиц она встречалась?" Вы будете кричать "Этого не может быть, я знаю ее! Это провокация контрреволюционеров! Я буду жаловаться вплоть до товарища Сталина" "Ну хорошо, - скажут вам. - Вы сами решаете, помогать органам, или нет. Идите". Впрочем, возможно, что вид крови вызовет у вас приступ тошноты, к голове прильет, станет жарко, руки похолодеют и начнут мелко дрожать, а в груди появится мерзкое чувство тоски. Вы сгорбитесь и неожиданно услышите свой голос, говорящий "Да, да, да, конечно, теперь я понимаю, да, она говорила мне не раз, но я думал что это она - от доброты, но я, знаете ли, я всегда ей твердо говорил..." "Пишите" - подвинет вам карандаш "начальник". И вы напишете. Но это неважно, потому что в обоих случаях за вами прийдут через 4 дня - 4 дня, в течение которых вас не будут замечать коллеги и знакомые, и даже родители жены не пустят вас на порог. Вы пройдете все стадии - возмущения и страха; после первых побоев - ужаса и возмущения; когда вы усвоите, что бить вас будут дважды в день - в камере "по-народному", отбивая почки, ломая нос и разбивая лицо, а на допросе - "по-советски", выбивая печень, разрывая диафрагму, ломая пальцы, раздавливая половые органы - вы сживетесь с ужасом, и никаких других чувств у вас больше не будет. Вы даже не будете помнить, что у вас была дочь (и где она?) и жена.

Вам повезет. Вы быстро подпишете все, что надо. Еще 6 человек возьмут на основании ваших показаний - лишь одного из них вы знаете, это тот коллега, который отказался с вами здоровываться. Когда вы будете подписывать показания на него, только на этот миг, у вас проснутся человеческие чувства - вы будете испытывать злорадное удовлетворение. Чудо будет в том, что вас обвинят всего лишь в недонесении (либо следователям приятно сочинять сложные истории, либо - есть разнарядка на разные статьи). Вы отправитесь в лагерь, просидев 5 лет попадете на фронт, в первом же бою вас ранят в руку, она так никогда и не выздоровеет до конца и поэтому опять на фронт вы не попадете - вас вернут в ваше КБ. Бить вас в лагере (чуть вернемся назад) будут еще много и часто, зубы будут выбиты, нос свернут навсегда, пальцы, которые умели играть на гитаре, больше никогда не смогут даже нормально держать ручку. Вы никогда уже не сможете спокойно смотреть на еду и будете запасать под подушкой черные корки, вы будете пожизненно прихрамывать, никогда не спать больше четырех часов и вскакивать от каждого шороха, а звук машины за окном ночью будет вызывать у вас сердечный приступ.

Вы попытаетесь найти вашу дочь, но не найдете - ее отправили в специальный детдом для детей врагов народа, дальше война и следы теряются. Архивы бы помогли, но они закрыты и не будут открыты.

Вы никогда не узнаете, что сталось с вашей женой, но я вам расскажу - я же все знаю. Вашу жену доставили в приемник и сразу там же, не дожидаясь допроса, изнасиловали находившиеся в том же приемнике уголовники. Их было шестеро, у них было два часа, охрана не торопилась, а следователь запаздывал - много работы. Она сопротивлялась примерно минуты три, пока ей не выбили 5 зубов и не сломали два пальца. Вот почему ей было трудно подписывать признание. Но кровь на бумаге была от разорванного уха (разбитый нос уже не кровоточил после пятичасового допроса). Ухо ей разорвали на допросе - следователь, не дожидаясь ответа, будет ли она признаваться, ударил ее несколько раз подстаканником по голове (на самом деле он злился, что чай холодный, работы до черта, и девка красивая и в теле, почему сволоте уголовной можно, а ему - офицеру - нет?!). Она тоже быстро все признала и подписывала все, что скажут - один раз только она заколебалась - когда подписывала показания на вас. Но ей сказали, что отправят в мужскую камеру, и она подписала. Ее тоже быстро отправили в лагерь. Но она была менее гибкой - вы быстро научились прислуживать блатным и воровать пайку когда никто не видит, а она все пыталась защищать других от издевательств, за что ее ненавидели и блатные и забитые доходяги. Как-то через примерно год, когда она сказала что-то типа "нельзя же так бить человека!", кто-то из блатных баб придумал - "ах нельзя? ну так мы должны тренироваться, чтобы правильно научиться - даешь, б*дь ДОСААФ!" Ее раздели и били, показывая друг-другу, кто как умеет, а "политических" заставили оценивать удары по десятибальной шкале. Каждый удар вызывал оживленные споры среди жюри - ведь надо было отдать кому-то предпочтение, а проигравший мог обидеться. Никто не заметил, когда она умерла - упала быстро, били лежащую. Заметившая сказала: "Сука, сдохла, так не интересно. Шабаш всем!"

Вы прожили еще 15 лет после войны, умерли в 50 лет от инсульта. Вы жили все это время конечно не в своей старой комнате на Соколе, а в полу-комнате, которую Вам выделил Минсредмаш (за картонной перегородкой жила семья из 4 человек, дверь была одна, но и туалет уже всего на 7 комнат). Половину этого времени вы получали большинство товаров (а нужно то вам было всего ничего) по карточкам и талонам. Вы так и не успели купить радиоприемник, слушали радиоточку, которая была на половине соседей, но почти всегда включена. Когда у вас отказала левая половина, вас уже через 6 часов вывезли в больницу и положили на матрас в коридоре. К вам не подходили, так как признали безнадежным. Вы умирали в своей моче и экскрементах еще около суток, но это было ничто по сравнению с лагерем - это было так же хорошо, как отправка на фронт, как ранение, как узнать, что рука не будет работать, как верить в то, что ваша жена умерла и не мучается (до 56го вы только верили, а не знали).

Я хочу чтобы вы знали: все, что с вами случилось нельзя рассматривать в отрыве от экономических и индустриальных вопросов. Ибо есть еще те, кто верит, что Россия стала экономически сильной если не за счет ваших небольших неприятностей, то по крайней мере одновременно с ними.

Ну что ж. Давайте не будем в отрыве. Россия в это же время пережила чудовищный голод (до 8 млн жертв, до 3 млн умерших напрямую от голода) - единственная в Европе. Россия распродала фантастические запасы драгоценностей и искусства. Россия содержала в голоде, холоде и болезнях своих граждан - все время до войны и 20 лет после. Для чего? Для того чтобы суметь выпускать только и исключительно - танки, пушки, военные самолеты и автомобили, обмундирование и сапоги. Россия ни тогда, ни после того, не смогла произвести ни одного стоящего потребительского товара, ни одной своей технологии (даже ракеты и ядерную бомбу украли). Правда груды танков не спасли СССР от вдвое меньшего по численности и вооруженности врага, который пропахал всю европейскую часть пока мы перевооружались американскими подачками и ели американскую тушенку.

Цена страха Европы перед коммунизмом, цена Сталинской стратегии "ледокола", цена колаборционизма перед войной - 26 млн жизней. Цена репрессий - не менее 3 млн трупов и 6 млн вернувшихся из лагеря. Цена раскулачиваний и "вредительских - расхитительских" законов - еще 4 млн. Треть страны. Зачем? Чтобы сперва за счет Запада начать делать плохую сталь и старые танки, а потом уставить свои заводы трофейными станками и работать на них до 21го века? Чтобы безнадежно отстать в сельском хозяйстве (генетика - буржуазная лженаука) и кибернетике (продажная девка империализма)? Чтобы до 90х годов не изжить бараки, до 80х не избавиться от господства коммуналок? Чтобы телевизор через 30 лет после войны стоил полугодовую зарплату кандидата наук, автомобиль - 5 лет работы, квартира (кооператив!) - 20 лет работы, если позволят, и где дадут - там дадут?

СССР родился нищей страной, был нищей страной при Сталине и умер нищей страной. Диктатуры богатыми не бывают (если это не Сингапур).

Нам нужна десталинизация. Это чудовище и спустя 60 лет после смерти продолжает тянуться к нам своими лапами - через тех, у кого нет воображения. Надеюсь у вас оно есть, и вы сможете представить себе: ваш ребенок наконец уснул, и вы с женой посидели у лампы, на которую накинут платок, стоящей на стуле. Она говорила вам что-то о том, как это жестоко - не только наказывать предателей (ну конечно, иначе никак, я же понимаю), но еще и радоваться казням - это же средневековье какое-то, я же учитель истории, я же знаю... Вы еще сказали ей "смотри, договоришься!" и смеялись. Вы легли заполночь и еще не заснули, когда услышали шум машины под окном. Машин в то время ездило мало, но мало ли, что за дела у людей в городе - вы не придали этому значения...

Andrei Movchan @ Facebook 

Ошибка Юлии Латыниной

То, что честный, умный и мужественный журналист Юлия Латынина (http://www.novayagazeta.ru/economy/61907.html) разделяет заблуждение об Америке с глупыми, злобными и неграмотными коллегами, видеть, увы, обидно. В этом заблуждении она не одинока.

Как американский (Сан-Франциско) экскурсовод, работавший с богатыми, знаменитыми и с многими позже убитыми туристами из России, тезис Латыниной я от них выслушивала раз за разом: «В начале XX века Россия и Америка были вполне сопоставимы — это были две молодые, богатые природой и людьми страны с быстро развивающейся экономикой и хорошим научно-технологическим бэкграундом. Но к началу XXI века мы заплатили за коммунизм, ГУЛАГ — тотальным, позорным, несопоставимым отставанием».

На эту же тему живописный (неужели еще жив?) Игорь Коломойский, стоя на Union Square в
Сан Франциско, высказался: «Америка – такая молодая страна, и как нас обошла!»

Умные, знаменитые и образованные российские туристы постоянно произносили это, не желая понять, что сравнивать и уравнивать Россию с Великобританией, Россию с Америкой – глупость.

Иван Грозный в этом заблуждении даже посватался к английской королеве Елизавете в 1562 году, а получив отказ (та удивилась, что женатый человек сватается), в сохранившемся послании обозвал ее «пошлой девкой». Взаимопонимание между Россией и Англией, Россией и Америкой, от сватовства к оскорблениям, до сих пор находится на том же уровне.
При чем тут Англия и при чем Елизавета?

Да при том, что Америка зарождалась, строилась и развивалась как ЧАСТЬ Елизаветинской АНГЛИИ. Первая (исчезнувшая) АНГЛИЙСКАЯ КОЛОНИЯ Roanoke была создана в 1585 по инициативе Елизаветы, на ее деньги и под ее протекцией, и первый ребенок, рожденный там, был назван Вирджинией в честь Елизаветы, королевы девственницы (Virgin).

Первая сохранившаяся американская АНГЛИЙСКАЯ колония Jamestown, штат Virginia (Девственница) была основана в 1607 году. На 400-летие ее открытия приезжала в США английская королева Елизавета II. Где тут молодая страна?

В момент юридического, по экономическим причинам, отделения американских колоний от Англии (не хотели платить налоги без представительства) в 1776 году – население английских колоний в Америке составляло 2.5 миллиона человек, треть населения самой Англии. Страна была очень населенная и развитая по тем временам.
Библейский завет «Плодитесь и размножайтесь» воспринимался как религиозный долг и, несмотря на большую смертность колонистов вначале, население росло невероятно быстро, но не за счет, как это принято считать, эмиграции. Семья в американских колониях часто состояла из мужа и последовательно трех жен (первые две обычно умирали в родах). В семье Бенджамина Франклина было 24 ребенка.
Но главное – в этой Америке была абсолютно уникальная ментальность и мораль населения. Это то, чего напрочь не знают и не понимают россияне, воюющие с фантомом Америки, существующим только в их и российской прессы больном воображении. Они воюют с фантомом, который к реальной стране США никакого отношения не имеет.

Чтобы понять Америку, надо увидеть момент коронации в 1558 году, когда молодая Елизавета всходила на трон и глаза всей Англии были направлены на то, какую Библию она держала в руках: католическую на латыни или протестантскую на английском. Ее Библия была протестантской.
Чтобы понять Америку, надо понять чудовищные религиозные войны - сплошную Варфоломеевскую ночь между католиками и протестантами, терзавшую Европу. Католическая церковь насмерть боролась с реформацией, упразднявшей институт церкви и позволявшей человеку самостоятельно общаться с Богом и быть ответственным перед Богом через Библию. Католический священник, интерпретировавший латинскую библию, становился не нужен. Человек, переведший Библию на английский, William Tyndale, был удавлен и сожжен на костре как еретик, а за владение английской Библией наказывали смертной казнью.
Но наступила эпоха Елизаветы, печатного станка, и уже каждая семья могла читать Библию на английском. Вокруг Библии собирались фанаты, которые хотели строить Новый Иерусалим, Новый Израиль, создать праведное общество, которое будет жить по библейским заповедям. Они мечтали о религиозной свободе. А здесь появляется Новая Земля - Америка. И не ради золота ехали туда первые колонисты, а ради праведной жизни по Библии. Почитайте «Scarlet Letter” N. Hawthorn.
Россияне в оправдание своего бандитизма кивают на Америку, утверждая, что Америку создали бандиты, Дикий Запад времен Золотой Лихорадки. Бред от незнания американской истории, от смотрения голливудских вестернов. Дикий Запад (Тихоокеанский Запад Америки, в отличие от Атлантического Восточного Побережья с его пуританскими штатами) случится на пару столетий позже, уже во время освоения Калифорнии. Бандиты действительно приедут за золотом, но только через 200 лет, в основном, из Европы.
Америка же начиналась с пуританской морали, с ежедневного чтения Библии утром и на ночь и по воскресеньям в церкви.
Это и есть основная причина, по которой сопоставлять Америку и Россию бессмысленно, и даже вдвойне. Лесков как-то сказал, что христианство в России не было проповедано. Трудно проповедовать христианство безграмотным. Христианство – это Библия, и не читающий, а только слушающий часто полуграмотного священника христианин очень поверхностен. Это мексиканский преступник, который идет грабить на дорогу, крестясь на икону Гваделупской Божьей Матери.
В Англии в период начала правления Елизаветы 30% мужчин были грамотны, а с распространением протестантизма непосредственное чтение Библии (ранее резко ограниченное латынью) стало религиозным долгом. Религиозным долгом стала грамотность.
Более, чем через 300 лет, в 1898 году, в России среди рекрутируемых в армию грамотных было только 10%. Как человек, преподававший не в элитной математической, а в школе рабочего Невского района Ленинграда, могу сказать, что там в 1974 году половина семиклассников читать не умела.
Осваивать Америку ехали почти поголовно грамотные, преданные до фанатизма Библии люди. Мы говорим про 1600-е годы. Это была не страна в обычном понимании. Вся Америка была the book club вокруг Библии, где люди учились морали каждый день. Города строились вокруг протестантских (были и другие) религиозных общин, где люди выверяли по Библии свое поведение, поведение друг друга и свои решения. Это была страна, где все цитировали Библию и где она лежала в каждой гостиничке в тумбочке, и где любой президент и претендент начинал свою речь цитатой из Библии и ею заканчивал. Знание Библии было обязательным условием при найме на должность.
В этой самой Библии сказано: «Праведные нации поднимутся». Эмигрантам из Союза, приехавшим в 70-80 годы, еще удалось увидеть библейскую праведную Америку, где дома никогда не закрывались, где люди оставляли ключи зажигания в дорогих машинах и уходили по магазинам, Америку, где всем верили на слово и не требовали документов.
Рай – это не богатая природой страна, не климат. Это поведение людей, которые тебя окружают. Честное, Библией выверенное поведение людей создало в Америке уникальную атмосферу для развития бизнеса. Многотысячные сделки между незнакомыми людьми, скорость оборота денег, которые никто не прятал в матрас, а немедленно и с доверием вкладывал, создавали огромные богатства, недосягаемые в обществах, где ложь и воровство приводят к нищете.
Если где-то можно сравнивать Россию и Америку – это рабовладельческий Юг, описанный в «Хижине дяди Тома» Гарриет Бичер-Стоу, книге, оскопленной и чудовищно измененной в советском переводе. В оригинале книга – вся вокруг христианства и веры, а главные герои в конце уезжают проповедовать христианство в Африку, чего в советской версии нет.
Вспомните, как из Бостона приезжает мисс Офелия, кузина Сен-Клера, ухаживать за его умирающей дочерью. Она – образец классической протестантской морали, где труд – добродетель, безделье – грех, а ничего не делающие руки – причина всех бедствий. Она – олицетворение протестантского принципа «Be honest to your work» («Будь честен в своей работе»).

Гарриет Бичер-Стоу

И рядом – ленивые избалованные рабы и их избалованные ленивые хозяева. Для чернокожих рабов – Офелия – «не настоящая леди». ОНА РАБОТАЕТ. Они-то учатся друг у друга, как от работы увернуться, отлынить, как украсть незаметно, как хозяйское для себя использовать. Ну просто советские люди.
Потому так знакомо поведение сегодняшних темнокожих – бывших рабов в Америке – советским эмигрантам, что мы жили под властью рабов, да и сами были рабами.
Понятны взрывы ненависти со стороны рабов, ведь, как сказала Ayn Rand, «зависимость рождает ненависть». Вот они и собираются в толпы, чтобы ненависть к самим себе из себя на кого-то извергнуть: темнокожие – на полицию, на белых и на богатых; российские рабы – на украинцев, грузин, евреев, и на богатых, само собой.
Что всегда выдает рабов, как черных, так и белых – отношение к чужой собственности. Посмотрите картинки грабежа и разгрома темнокожими магазинов и ликерно-водочных заведений в Балтиморе. Абсолютное повторение грабежа толпой винных магазинов в Петрограде в 1917-18 году (картинки в Гуверовском институте). Ненависть к чужой собственности и ее владельцам. Отобрать и разграбить.
Это еще одно из отличий не имевшей столетий воспитания собственностью ментальности российских рабов. Даже российские дворяне получали собственность из рук и по милости государя, но это могло быть и отобрано, и отбиралось мгновенно.
Крошечное время «недоразвитого капитализма»(Ленин) в России к праву и чувству собственности приучило очень немногих, да и право собственности в России особенно гарантировано не было. А уж про советские годы и говорить нечего: человек со второй коровой был виноват и подвергался уничтожению с семьей за кулачество, а при Хрущеве и первую корову пытались отобрать.
Наверное, ничто так не свидетельствует о полном отсутствии у народа не только идеи и понимания собственности (не забывайте, что право на собственность есть единственная гарантия свободы), как абсолютно рабская и вполне принимаемая почти всеми идея человека как собственности общественной, приведшая к созданию советской империи государственного рабства.
Вспомните вполне серьезно принятые в уездах вскоре после революции указы Советов об обобществлении женщин. Мы говорим про XX век. В Калифорнии в XIX веке замужние женщины после заключении брака имели право сохранять свою отдельную собственность, что защищало их от мужей – игроков и пьяниц. Статус женщины невероятно отличает англо-американскую протестантскую цивилизацию от полуазиатского положения женщины в России. Отношение там к женщинам и их ужасное отношение к самим себе находится где-то посредине между европейским и палестинско-арабским.
Еще столетия назад российское рабство хорошо видели люди, наблюдавшие Россию с Запада. Маркиз де Кюстин с его кислотным описанием российских нравов хорошо известен. Но сэр Филлип Сидней (Sir Phillip Sydney), самый блистательный придворный Елизаветы, доблестно погибший в битве протестантов против Испании в 1587 году, писавший сонеты до Шекспира и куда лучше Шекспира, в любовной лирике использовал слово Muscovite (житель Московии) как синоним слова «раб».

«… that step on the ladder of lost freedom
Is vanished, and like a Muscovite born to love slavery,
I call undergoing tyranny something worthy of praise:

«И, как житель Московии, рожденный любить рабство, тиранию, которой подвергаюсь, я восхваляю»…

Сэр Филлип Сидней

«Like slave-born Muscovite» – «как рожденный рабом житель Московии» – и это в любовных сонетах из цикла «Астрофил и Стелла». Поэт, который хотел сказать возлюбленной «Я твой раб!», говорил «Я твой московит!». Российское рабство, увы, было известно западным дипломатам и образованным людям уже в 16-м веке.
Больно и смехотворно сравненивать Америку и Россию в отношении права граждан и судопроизводства. Америка унаследовала от Англии все права, записанные в Magna Carta 1215 года: “No Freeman shall be taken or imprisoned, or be disseized of his Freehold, or Liberties, or free Customs, or be outlawed, or exiled, or any other wise destroyed; nor will We not pass upon him, nor condemn him, but by lawful judgment of his Peers, or by the Law of the land.” («Ни один свободный человек не может быть арестован, лишен собственности и свободы, поставлен вне закона, сослан или истреблен другим путем …. или осужден, как только законным приговором равных себе по Закону Страны».) Судебные ошибки совершались и совершаются, но английские и американские законы, существующие с Magna Carta 1215 года, на практике в России и сегодня не выполняются.
В чем еще бессмысленно сравнивать Россию и даже уже разлагающуюся сегодня Америку - уровень честности и коррупции. Существуют международные индексы уровня коррупции. Есть страна сравнимая: Мексика почти так же (чуть меньше) коррумпирована и криминальна, как Россия. Так же, как и в России, там коррумпирована и чудовищно криминальна полиция, жертвами которой становятся многие американские путешественники-автомобилисты. В Москве жертвой милицейского грабежа стали мой путешествующий американский сын-подросток и французский племянник.
В Мексике тоже долго царили массовая безграмотность и поверхностное, чисто обрядовое католическое христианство, с прихожанами, не понимающими, о чем говорит священник, и чисто внешняя, почти языческая, обрядовость без связи с моралью. Одна из причин резкого ухудшения качества жизни в Америке – то, что ее наводнил, как сказал в 1846 году мэр первой столицы Калифорнии Монтерей, «не признающий закона мексиканец». Наряду с честно работающими – миллионы нелегалов-криминалов.
Интересно, что лет 15 назад журнал Reader’s Digest в опубликованных тестах на честность населения все же нашел общий уровень честности в России и Америке. Речь шла о городе Атланта, штат Джорджия, где проживали, в основном, темнокожие. В отличие от Сиэтла, штат Вашингтон, города с преимущественно белым населением, где уровень честности был 98%, в Атланте он, как в России, был равен 40%.
Рабы, дорвавшиеся до власти, ничего, кроме рабства, создать не могут. Они могут только превратить в рабов всех подданных и, притворяясь хозяевами, грабить их и бездарно, миллионами уничтожать. Не облагороженные иудейско-христианской догмой с ее запретами на ложь и убийство, с неразвитым зародышем морали, превратившимся в выкидыш, дорвавшиеся до власти рабы, как любые язычники, очень быстро скатывались к идолопоклонству и к его крайней форме – человеческим жертвоприношениям. Происходившее в России в XX веке – классический пример.

В русской сказке существовал образ – ИДОЛИЩЕ ПОГАНОЕ. Слово «поганое» имеет латинское происхождение: pagan – язычник, нехристь. Язычники всегда сначала создают идола – поганое идолище, а потом начинают приносить ему человеческие жертвы. Образ Сталина у Мандельльштама – как раз Идолище поганое и кровавое:

Тараканьи смеются глазища
И сияют его голенища….

Что ни казнь у него — то малина.
И широкая грудь осетина.

Обезумевшие от страха быть брошенными в жертвенный костер поклонения идолу, люди хватают и бросают других, тех, кто рядом. Четыре миллиона доносов, написанных советскими людьми на своих друзей, сослуживцев, родственников, процессы осуждения, чистки, где жертву уничтожали сначала морально (что означало позже физически) те, кто вчера сидел с ней за одним столом, был другом жениха на свадьбе, стоял у могилы ребенка – только от животного ужаса, желания задержать бессудную и бессмысленную свою гибель. В судороге выживания люди выталкивали на смерть других впереди себя. Как не обезуметь от страха, когда в Ленинграде после убийства Кирова в 1934 году в некоторые дни расстреливали по 4 тысячи человек.

Это было, когда улыбался
Только мертвый, спокойствию рад.
И ненужным привеском болтался
Возле тюрем своих Ленинград.

А. Ахматова

В Иркутской и других областях спустили лимит на расстрел за просто так четырех тысяч человек в месяц, и местные власти, желая угодить, просили лимит увеличить.
Со Сталиным подписывали указы расстрелять толпы невинных маленковы, кагановичи, микояны, ждановы. У трона Идолища грызлись за милость сатрапа лживые и трусливые слуги с языческим презрением к человеческой жизни.
Мандельштам, написав приведенные выше строки, погиб в лагере, не дожив до более страшного времени войны, когда упыри, захватившие власть, должны были нести реальную ответственность. В военной обстановке их лживая, трусливая рабская натура и презрение к человеческой жизни были помножены на неграмотность, некомпетентность, подозрительность, обрекая на чудовищную смерть, вдовство, сиротство, инвалидность десятки миллионов доверившихся этой власти людей.

Иосиф Сталин.
Рисунок Владимира Мочалова

Когда Латынина пишет, что Жуков лгал Сталину, хочется напомнить знаменитый жуковский приказ: «Людей не жалеть, бабы еще нарожают!»
Другой получеловек, хозяин Ленинграда Жданов, лгал Сталину, желая выслужиться и затоптать соперника Микояна. Микоян пытался развернуть и направить в Ленинград поезда с продовольствием, шедшие перед началом войны в Германию, Жданов, наперекор ему, послал телеграмму Сталину, что в Лениграде продовольствия на три года хватит. В городе продовольствия было на три дня.
Об ужасах блокады, где матери кормили замороженым мясом одного мертвого ребенка другого, еще живого (от 3 миллионов 100 тысяч человек за время блокады осталось 600 тысяч) запрещено было говорить и через много лет после войны. Сталин руками Гитлера умерщвлял враждебное ему население мятежного города, потворствовал этому уничтожению (переписка с Ждановым).

Свидетельства трагедии блокады, мужества блокадников и полного отсутствия его, сталинских, заслуг вождю нужны не были. Музей блокады разгромили. Директора арестовали. Множество экспонатов музея, бывших обвинительным заключением не только Гитлеру, но и Сталину (во вторую блокадную зиму он эвакуацию из города вначале запретил) – уничтожили.
Экскурсоводам разрешали вещать только о героизме. Юной девочкой-экскурсоводкой я по методичке несла экскурсантам в автобусе: «А музы не молчали в блокадном Ленинграде!» Пожилой водитель посмотрел на меня с укоризной: «Девушка, что вы несете! Какие музы? На рынке студень из человечины стоил 400 рублей».А у Жданова в Смольном кондитер пирожные выпекал.
Сталин и после войны продолжал уничтожать Ленинград, где все еще было собрано интеллектуально, морально и творчески лучшее в России, как Иван Грозный уничтожал вольный Новгород. Боясь искры свободы и самоуправления, появившихся в Ленинграде во время военной от него изоляции и блокады, он, по доносу Абакумова, расстрелял Кузнецова, сделавшего немало для спасения города, и с ним почти всю ленинградскую партийную организацию, выслав родственников в Сибирь. (Вспомнили Magna Carta?)
Власть в огромноей стране над миллионами людей захватила нелюдь, ведшая себя по поговорке древних римлян: «Самые худшие люди - вольноотпущенники».
То, что раб лжив и преступен по натуре, прекрасно знали жители Юга Америки, имевшие дело с рабами. Проблема в том, что потомки рабов в России по поведению мало чем от американских потомков рабов. Воспитанное в дореволюционный период дворянство, священство и крошечная интеллигенция были почти уничтожены после революции в десятилетия красного террора.

Чего не сказала Бичер-Стоу в «Хижине Дяди Тома», где прекрасно описаны склонность рабов ко лжи, воровству и лени, – это полное отсутствие христианского «Не убий» в их сознании и полное презрение к стоимости человеческой жизни. Убийства в районах проживания темнокожих (города Детройт, Окланд) зашкаливают по статистике и по чудовищным рекордам: убийство самого старого человека в мире, самое частое количество звонков по номеру 911 (полиция – скорая помощь), самое большое количество убийств в день, в неделю, в год. Там давно гибнет больше людей, чем в автокатастрофах и в военных действиях.
В одном права Латынина. России надо постоянно смотреть на Америку и внимательно наблюдать за происходящим в ней по одной простой причине. Здесь волею провидения произошел практически не знающий себе равных социальный эксперимент. Поведение американских рабов является моделью поведения той социальной группы, которая почти сто лет назад захватила власть в России, и сейчас эти рабы с помощью глупых либералов, которые их обучают, вооружают пропагандой и науськивают (как было и в России), постепенным шантажом и вымогательством захватывает власть в США. Внимательно изучая поведение этих рабов (независимо от цвета их кожи) в Америке, можно поставить диагноз российской трагедии и начать работать над рецептом лечения.

Увы! На самом деле – это американцы должны непрерывно сравнивать Россию и Америку, непрерывно смотреть на Россию и учиться у нее, понимая, что их ждет. Потому что, допустив к власти лживых хитрых рабов, они уже начали хлебать полной ложкой советскую жизнь. Уже поезда, как в Союзе, сходят с рельсов, и уже появилось воровство на государственном уровне. Люди в США получают места в университетах и городские и судебные должности по цвету кожи (affirmative action), как в Союзе брали в институты «детей рабочих и крестьян» и должности давали по социальному происхождению. Судебные решения уже принимаются по ИДЕОЛОГИЧЕСКИМ основаниям. Выбранный по цвету кожи в порыве идоломании президент давит на судей, объясняя, что черный преступник мог бы быть его сыном. А глава американской юстиции приказывает освобождать темнокожих, осужденных за малые преступления (помните как после революции в России освобождали как «социально близких» уголовников из тюрем)

Уже качество сервиса ниже плинтуса, потому что население не тянется, как при американской meritocracy, к совершенству, а работает кое-как, ориентируясь на самый низкий общий знаменатель. Равенство, понятое как право получать все, ничего не делая – то, что новая власть обещает и, обобрав работающее уже, как в Калифорнии и в некоторых других штатах, меньшинство, дает на халяву своему электорату, приводит общество к замедлению и остановке экономического мотора. Когда сосед, не работая, получает от государства лучшую жизнь, чем работающий, последний теряет интерес к труду, замедляет темп или перестает работать вообще. Начинается экономическая гангрена. В Союзе это называли застой.
А как же человеческие жертвоприношения? Пока наш президент только играет в гольф, когда отрубленные головы его подданных летят направо и налево. Пока он только бросает в костер уничтожения и предает в руки врагов миллионные массы союзников. Пока окружающие его лживые и хитрые полулюди только шантажируют, воруют, вымогают и крупно обогащаются на расовой ненависти. Но американцам нужно серьезно подумать, изучая советский опыт. С рабами у власти всегда есть шанс, что на рынках появится студень из человечины.

Татьяна МЕНАКЕР @ Kstati.net

Победа Сталина

Любовь к Сталину за последние годы выросла с 25 до 45 процентов, по другим опросам — до 52%, вдвое! Такое резкое изменение невозможно объяснить статистической ошибкой. Что же случилось?

В понедельник 22 июня в 6 часов вечера мне предстоит спорить в прямом эфире радио «КП» о Гитлере, Сталине и судьбе страны. Поскольку в процессе яростных дебатов не всегда удаётся высказать свою позицию полностью и чётко, излагаю её в своём блоге на сайте «Эха Москвы».

Сталин стал другим? — Нет, он мёртв (в том смысле, что новых приказов не отдаёт лично). Люди узнали о нём что-то новое, необычайно прекрасное? — Ничего.

Сталин не изменился, история не изменилась. Значит, изменились люди. Возможно, некие идеи носятся в воздухе и материализуются в соцопросах. Но всегда ли мнение народа — критерий истины?

«Земля стоит на трёх китах!» Неважно, сколько тысяч лет люди верили в это. Важно: Земля никогда на китах не стояла, не стоит и стоять не будет.

Марксизм-ленинизм — где? Где величайшее гениальное учение, единственно верное? Ответ: там же, где Зевс и целая куча богов-олимпийцев. Строили грандиозные храмы, приносили грандиозные жертвы (гекатомба — одновременное сожжение ста быков; это вам не овечка на тротуаре возле мечети).

Таблица умножения работает при любом политическом режиме. А Зевс всемогущий и марксизм-ленинизм — теперь лишь экспонаты Исторического музея Заблуждений. Экспонаты есть, а вера людей в них пропала. На месте веры — пустота, черепки археологов.

***

Отношение к Сталину — потрясающая тема для историков, психологов, социологов. При жизни он был обожествлён. В публичной сфере любовь к вождю была 100-процентная (слово «рейтинг» тогда не существовало). Его превозносили в печати, на партсобраниях, в кино и даже за столом в гостях. Критика вождя была невозможна, считалась преступлением; могли посадить даже за непочтительный анекдот.

Но что говорили дома? среди близких друзей? на фронте в кругу однополчан? По доносам стукачей и отчётам НКВД-КГБ известно: люди вели злобные, враждебные, клеветнические разговоры.

За «политику» сидели миллионы. Они не пытались свергнуть Сталина, не организовывали покушений. Они всего лишь без восторга оценивали происходящее.

…Некоторые утверждают, будто Сталину поклонялись и поклоняются фанатики.

Не такие уж фанатики. В 1956-м — всего лишь через 3 года после смерти бога — произошло разоблачение. И никто не вышел на демонстрацию протеста. Куда подевались фанатики? Точнее — куда подевался их фанатизм?

В 1961-м набальзамированный труп выкинули из Мавзолея и снесли памятники. Где были фанатики, массовые самосожжения? Где были миллионы детей, когда партаппаратчики оскверняли могилу Отца? Может, радовались возвращению настоящих отцов, уцелевших в ГУЛаге, и концу страха, в котором жили 30 лет?

***

Когда человек желает какому-то гаду гореть в аду, разве он любит ад? Ад — место наказания, страшное место. И если грешник туда попал — то уж точно поделом. Там ошибок не бывает; судью не купишь и не обманешь.

Но хоть ад — место справедливого наказания, само оно — не восхищает, не манит. Наоборот — внушает ужас и отвращение.

Например, желание, чтобы некий маньяк-убийца всадил пулю в Сталина, не означает любви к маньяку. Пусть казнь справедлива, но ни любви к палачу, ни даже уважения к нему быть не может.

…Нам говорят: вот опросы — почтение и любовь к Сталину растут. Но победа его не тотальна — не 100%, даже не 86, всего лишь чуть больше половины.

Конечно, действует телевизор, странные иконы с генералиссимусом, слова из Кремля о важной роли, рассказы политологов про «эффективного менеджера»…

Но главное в другом: на опрос отвечают живые! Мёртвые кричат, но мы не слышим. Считается, будто они молчат.

Если б все жертвы Сталина: расстрелянные священники; дети, лишённые родителей и засунутые в детдома; миллионы раскулаченных сосланных и погубленных крестьян; уморенные голодом; военачальники, писатели, учёные, рабочие, врачи — миллионы сгинувших вообще ни за что… Встань они, эти миллионы скелетов и калек, и пойди, поползи по Красной площади — посмотрели б мы, кто стал бы целовать портрет Усатого Отца.

И если Сталин сейчас набирает 50 с чем-то процентов, то это потому, что те, кого он погубил, не родили детей.

***

В 1989 году я написал статью «ЧЬЯ ПОБЕДА?». Она вышла в январе 1990-го в журнале «Страна и мир», а летом 1991-го — в московском журнале «Социум». Номер «Социума» был весь посвящён войне (50 лет с начала Великой Отечественной); там я оказался под одной обложкой с Владимиром Богомоловым («В августе 1944-го»), Виктором Некрасовым («В окопах Сталинграда»), Светланой Алексиевич («У войны не женское лицо») и др.

Места не хватало, и журнал взял примерно половину моей статьи, в частности, «самое криминальное место»: о том, что если бы в 1941-м Гитлер добрался бы до Сталина, то поражение это было бы временным, мы всё равно победили бы, но с меньшими потерями. Так и написано было чёрным по белому:

«Народ бы поднялся. Сталин, сталинизм — никогда.
Свобода от сталинизма пришла бы в 1941-м, а от захватчиков — в том же 1945-м… Ведь со своим фашизмом никто не умеет бороться, а с чужим, с пришлым, — ого!»

Что Германия (даже победив) не смогла бы удержать — сомнений нет. Римская империя не удержала Францию, Германию, Египет… И сама развалилась. Англия не удержала Индию, Америку…

Нагляднее и печальнее собственный пример. Прошло всего 45 лет после великой Победы, и победитель исчез. Отвалились сателлиты: Венгрия, Польша, Чехословакия… А потом потеряли и собственную территорию: Казахстан, Среднюю Азию, Прибалтику, Закавказье, Белоруссию, Молдавию, Украину — эти потери грандиозные. А если осознать, что произошло это в мирное время, что не враг захватил, а потеряли по собственной глупости и жадности…

Тогда, в самом начале 1990-х, статья была встречена с пониманием и одобрением. Прошло 15 лет, и в 2005-м мне предложили опубликовать её снова. Предчувствия у меня были плохие. О том, как с 1989-го изменилось общественное мнение, все знали. Тогда — Гласность, торопливое отвинчивание гаек. К 2005-му их уже вовсю завинчивали. Но отказываться от своих убеждений не хотел; «Чья Победа?» вышла в «МК» 22 июня 2005 года.

Масштаб беды превзошёл все самые мрачные ожидания.

С того дня — 10 лет подряд — меня преследует тысячекратно опубликованная клевета: мол, Минкин мечтал о победе Гитлера, мечтал жить на оккупированной территории и «пить баварское».

Трудно сказать, чего больше в этих обвинениях: глупости или подлости. Можно спорить: больше было бы жертв или меньше, если бы Гитлер грохнул Сталина в 1941-м. Но приписывать мне мечты об окончательной и вечной победе Гитлера — нельзя. Русским языком написано: мы всё равно победили бы. Вся статья о том, что без Сталина мы победили бы с меньшими потерями, а жизнь потом началась бы другая. Не гнали бы в ГУЛаг тех, кто выжил в немецком плену. Не держали бы крестьян в крепостной зависимости. Не громили бы кибернетику и генетику. Да мало ли…

Винить меня за фразу в середине статьи? Винить Кутузова, что сдал Москву, и делать вид, будто не знаешь, ради чего? Винить Толстого: мол, «Война и мир» описывает сдачу Москвы, и делать вид, будто не знаешь, что дальше?

***

Получилось: я зря им клеймён!
Высоцкий. Банька по-белому.

Многие люди почему-то верят, что Победой мы обязаны Сталину, а без него Советский Союз ждало поражение. Извините, но так думать — это настоящее духовное рабство.

Значит, умри Александр I и Кутузов в августе 1812 года (до, во время или сразу после Бородинского сражения) — Россия сейчас была бы французской колонией?

Умри Сталин от инфаркта летом или осенью 1941-го, мы всё равно победили бы. Но никогда никто в мире эту победу не приписывал бы Сталину.

Вы верите, что победил он. Я знаю, что победила страна. Так кто из нас патриот? Страна победила, несмотря на его безумия. Заплатила немыслимую цену. И до сих пор не знаем, какую. А те, кто гордо повторяет «любой ценой», — так ведь не они погибали. Весь их подвиг: ленточку к своему мерседесу привязать.

Почти сразу после Победы Сталин сказал, что мы потеряли 7 миллионов человек. Это в 4-5 раз меньше реальных потерь. Скорее всего, сознательно обманывал, ибо понимал, что гениальный вождь должен нести меньшие потери, чем глупый бесноватый враг.

Числом потерь он мог манипулировать как угодно. Но время он исказить не мог. Никакими силами невозможно изменить факт: от границы до Москвы война дошла за 3,5 месяца. Обратно — за 3,5 года. Какой «внезапностью» это можно объяснить?

Внезапное вероломное нападение 22 июня 1941 года — главное объяснение наших поражений. Но почему эта внезапность продолжала действовать в августе, в октябре? И почему 1942-й оказался ещё более катастрофическим, хотя ни о какой внезапности уже и речи быть не могло?

***

Русский человек, советский офицер надел форму СС, кланялся Гитлеру, Гиммлеру, ручкался с кровавыми нацистами… Штирлиц делал это: а) ради блага Родины и б) рискуя жизнью.

Русский человек, царский офицер, генерал-фельдмаршал сдал Москву Наполеону. Несомненно: Кутузов сделал это ради блага Родины; хотя наверняка кто-то тогда называл его предателем, а Сталин бы его расстрелял.

Русский человек, царский генерал в пьесе Булгакова «Бег» с ненавистью говорит важному гаду:

ЧАРНОТА. Знаешь, Парамон, грешный я человек, нарочно бы к большевикам записался, только чтоб тебя расстрелять. Расстрелял бы и мгновенно выписался бы обратно.

Можно выдернуть у Чарноты несколько слов, и всю последующую жизнь его гнобить: мол, царский офицер мечтал вступить в ВКП(б). А он-то хотел только на минутку и ради благого дела. Но говорят: это, мол, не важно.

Нет, только это и важно. Он действовал в интересах Родины, он так понимал интересы Родины. Он настоящий патриот.

Многие абсолютно исключают даже мысль, что поражение может принести пользу побеждённым. Но поражение, безусловно, пошло на пользу Германии, Японии…

Камбоджа жалеет ли, что Вьетнам вторгся на их территорию и уничтожил режим Пол Пота, который успел убить треть населения родной страны и не собирался останавливаться?

«Чья Победа?» написана с одним чувством — боли за погубленные миллионы лучших людей, написана ради одной идеи — благо России.

Но с 22 июня 2005 года, со дня вторичной публикации и по сей день все обвинения, как под копирку: автор мечтал о победе Гитлера. Это подло и вдобавок глупо.

Мечтать о прошлом нельзя. Мечтать можно только о будущем. «Чья Победа?» — не мечты о рабстве под немцами, это всего лишь рассуждения: что было бы лучше?

Для России было бы лучше, если бы ЦК ВКП(б) расстреляли как бешеных собак. Ибо они действительно были бешеными собаками — перекусали пол-планеты и погубили страну. К 1941-му Россия была истерзана страхом, безумием и беззаконием. Крестьян уничтожали вслед за дворянами и священниками — за что?! И воевать за эту власть народ не хотел. 3 миллиона сдались в первые 4 месяца. Такого не было в России ни при каком царе.

Поверьте, история знает слово «если»! Знает лучше всех. Две Кореи — идеальный и фантастически наглядный пример: вот что бывает, если воцаряется безумная жестокая власть. Одна нация, один климат, один язык, единая история до 1948-го. А теперь одна — успешная, живая, завалившая пол-планеты автомобилями и телефонами, другая — мрачно доделывает атомную бомбу (и не на продажу).

Всё зависит от того, кто пишет историю. Вот бы почитать учебник истории Северной Кореи: величайшие мудрецы человечества Ким Ир Сен, Ким Чен Ир, Ким Чен Ын. Едешь в южнокорейской машине и читаешь о гениях Северной Кореи в ноутбуке, сделанном Южной.

Добавим, в Южной Корее никаких особо гениальных вождей не было. Наоборот: там президентов и премьеров не раз гнали поганой метлой, судили, в тюрьму сажали. А Северной уже почти 70 лет правят грандиозные гении — и… Как же так? У гениальных кормчих страх, отчаяние, изоляция и нищета, а у заурядных и даже порой вороватых — процветание?

...Когда Сталину в 1945-м сказали, что лобовое взятие Берлина приведёт к огромным потерям, он ответил: «Нам дешёвая победа не нужна». Прав оказался гениальный людоед; мы до сих пор больше гордимся гигантскими потерями, чем скорбим о них.

Сталин приносил народ СССР в жертву даже без особой необходимости (коллективизация, Беломор-канал). Тем более, он не считался с жертвами на войне. Если мы кого и спасли, то Германию да и всю Центральную Европу. Продлись война ещё всего лишь три месяца, и атомные бомбы упали бы не на Хиросиму и Нагасаки, а на Берлин. Америка не упустила бы такую эффектную возможность забрать себе роль спасителя цивилизации.

***

Впервые за 10 лет я отвечаю на клевету. Мне жаль, что этого не сделали коллеги; самому себя защищать неловко.

Мои обвинители сами никогда не воевали, их мнение в общем-то ничтожно. Они используют меня как повод, чтобы снова и снова бить себя в грудь и рассказывать публике о том, какие они патриоты. На фоне «предателя-негодяя» это выглядит эффектнее.

Но защитники у меня всё же есть. Их мнение гораздо важнее, потому что они — фронтовики, солдаты Великой Отечественной.

…Уже после того, как «Чья Победа?» была опубликована, за меня поручились люди, которых я бесконечно уважаю.

В Союз писателей
Рекомендую Александра Минкина в члены Союза писателей. Знаю его давно как талантливого человека, гражданина… Слава Богу, что уже возможно руководствоваться этими принципами! 
Б.Окуджава
19.2.1996.

Окуджава крайне редко давал рекомендации. К тому же ни рассказов ни романов ни стихов у меня нет и не было. Он рекомендовал меня в Союз писателей за публицистику. Случай единственный.

В приёмную комиссию Союза писателей

Не я один с огромным интересом читаю и перечитываю статьи, очерки и эссе Александра Минкина. Мы знакомы более 15-и лет, и я не устаю восхищаться его удивительной способностью не просто анализировать события, но и обобщать их. Минкин доносит до читателей нашу современность, не подогревая её, а проковывая до звона молотом писательского мастерства. Вот почему я горячо рекомендую принять в члены нашей писательской организации одного из самых ярких, талантливых и искренних публицистов современности Александра Викторовича Минкина. 
С уважением и надеждой,
Б.Васильев
26.02.1996.

Что могут противопоставить словам Бориса Васильева, автора «А зори здесь тихие», «В списках не значился», — что могут ему противопоставить клеветники, будь их даже тысяча?..

…Только что и совершенно внезапно у меня нашёлся ещё один защитник и союзник. Можно сказать, что он в одиночку способен победить всех сталинистов и гитлеристов в мире. Но это неправильно. Он уже их победил. Просто они этого не знают.

Это немец. Зовут Томас Манн. Великий писатель, Нобелевская премия по литературе 1929 года. В 1933-м, как только Гитлер пришёл к власти, Томас Манн покинул Германию, не хотел жить под властью нацистов. Три года хозяева Третьего рейха уговаривали его вернуться, он категорически отказывался, в 1936-м его лишили гражданства и объявили врагом народа. Немцы, живущие под Гитлером и Геббельсом, скорее всего, быстро поверили, что Томас Манн — предатель Родины, пятая колонна, плюёт в глаза родному народу.

Томас Манн обращался к этому народу по радио, на волнах Би-би-си — английское радио, радио врага. Вот что он сказал немцам в марте 1941 года:
«Если вы проиграете, мстительность всего мира обрушится на вас за всё, что вы причинили людям и народам.
Если вы победите, если Англия падёт, и даже если вы выиграете войну континентов и завоюете Запад и Восток — неужели хоть один из вас верит, что это будет прочная победа, такая, которая создаст порядок и будет выносимой для вас и других — победа, после которой можно жить?
Может ли народ быть надсмотрщиком над другими народами, с полицейскими армиями по всему порабощённому земному шару, пока все народы заняты рабским трудом на расу господ?
Об истории и человечестве можно думать сколько угодно низменно и скептически, но поверить в то, что весь мир признает окончательную победу зла и потерпит своё превращение в камеру гестапо, во всеобщий концентрационный лагерь, где вы, немцы, будете охранниками, — этого не может и величайший скептик».

«Низменно и скептически» — именно так думают об истории и человечестве нынешние сталинисты: мол, если б не Сталин — мы были бы обречены на вечное рабство под Гитлером. (А если б не Путин, уже по улицам Москвы ходил бы Саакашвили с американским автоматом на груди — так что ли?)

Томас Манн сказал это в марте 1941-го. Гитлер и Сталин тогда были союзниками. Но даже этот союз двух могущественных людоедов Манн считал обречённым на поражение. Против Гитлера в тот момент воевала только Англия, и с военно-политической точки зрения убеждённость писателя выглядела глупой. А он писал (до перелома, до Сталинграда, до Второго фронта): «Я верю непоколебимо в то, что Гитлер не сможет выиграть эту войну, и эта вера основана больше на метафизике и морали, нежели на военных расчётах».

Убогая вера сталинистов не основана на морали.

Во время блестящих побед Германии писатель Манн был уверен, что Гитлера ждёт крах. А у нас есть люди, которые не верят, даже зная, чем кончилось. И за моё убеждение в неизбежном поражении Гитлера — независимо от того, жил бы Сталин или нет — клеймят меня предателем.

Тем, кто искренне верит в Сталина, такие статьи как «Чья Победа?» причиняют боль; их протесты — крик боли; а того, кто причиняет им боль, они, естественно, считают врагом. Напрасно. Если у человека нарыв, врач режет; нож, кровь, боль, но врач не убийца. Вскрыть нарыв — другого способа нет. А то, что врачей считали вредителями и убивали — случалось не раз.

Сами обвинители меня не интересуют, но мнение миллионов читателей мне бесконечно важно. Те из них, кто поверил, будто я «мечтатель о Гитлере», испытывают отвращение ко всему, что я пишу. Говорят: я его не читаю, потому что он хотел победы Гитлера.

Вот ради них, ради читателей, и написан этот текст.

Сталин сейчас, в ХХI веке, одержал победу в России. Но сталинская победа, в отличие от Победы 1945 года, не вечна.

Александр Минкин @ Эхо Москвы