Кто не готов к демократии

Это мой приятель перепостил очередную статью, в которой обсуждалось, готов или не готов наш народ к демократии, и в комментах кто-то сказал замечательную фразу: "Я не готов к демократии, потому что ни разу не был на собрании своего ТСЖ". Эта фраза показалась мне ключом ко всей ситуации. В голове у меня щелкнуло, и я начал думать - снова начал думать о том, о чем думаю уже давно.

Что такое демократия? Нет, не как общественный институт, а как элементарный механизм, который лежит в основе этого института? Это такое устройство социума (не обязательно государства, можно и рабочего коллектива или даже семьи), когда полноправный и активный член этого социума имеет возможность отстаивать свои интересы. В этой фразе каждое слово важно и замене не подлежит. Не "любой", а только "полноправный и активный". Не "обязан", а "имеет возможность". Не "права", а "интересы". И именно "свои".

Если вспомнить любые страны, где демократия возникла и развивалась естественным путем и хотя бы некоторое время работала - вот что первым приходит на ум? Афины, Исландия, США? - все это окажутся общества торговцев. Чтобы нажить богатство и приобрести вес в обществе, надо было уметь торговать. А что такое торговец? Это человек, который заинтересован в заключении сделки. Права ему, конечно, тоже нужны позарез (без прав тебя любая скотина с травой сжует), и быть правым он тоже любит, а кто ж не любит. Но ты можешь сколько угодно быть правым - если ты не договорился с партнером, который, возможно, в чем-то неправ, ты уйдешь несолоно хлебавши и впустую потеряешь время и средства, вложенные в эту поездку. Поэтому надо договариваться. Надо уговаривать. Надо стоять на своем, но при этом идти на компромиссы. За бесценок товар не отдавать, но и втридорога не ломить, не возьмут. Рассчитывать, лавировать, и, в конечном счете, принять не самое выгодное решение вообще, но самое выгодное из возможных (вы прикиньте, какие вычислительные мощности при этом задействуются! И да, отказаться от сделки - тоже решение). Отсюда же - любовь ко всяческой болтологии. Чтобы уговорить, надо уметь говорить, и мало того - надо уметь беседовать, вести диалог, слушать не только себя, но и собеседника, принимать в расчет его точку зрения. Всему этому надо учиться с детства и навыки оттачивать десятилетиями. В конце концов, торговец - это человек, который в обществе существ, произошедших от свирепых, территориальных, агрессивных, подозрительных и жестоких к чужакам обезьян, приходит в чужую стаю, благополучно с нею взаимодействует и уходит мало того, что живым, так еще и с прибылью. Причем к обоюдной выгоде. Можно и не к обоюдной, но тогда лучше туда больше не ходить - а он приходит снова и снова.

А мы (когда я говорю "мы", я имею в виду - "я и такие, как я, люди, воспитанные на тех же принципах и усвоившие те же уроки") - мы торговцев не любим. Мы называем их "торгашами". Для нас купец - это не отважный герой, который с малым отрядом едет в чужие неведомые края, за тридевять земель, за три моря, преодолевает тысячи опасностей, видит множество чудес и возвращается богатым и знаменитым (а иначе нафига ездил, спрашивается?)



Для нас купец - это трусоватый пузатый хитрован с сальными пальцами, который дует чай из блюдечка, обманывает покупателей, тиранит работников, разоряет бедняков и лебезит перед сильными мира сего.



Мы презираем его пузо, его бороду, его чай и его манеры - нас так учили и так воспитывали. Сами мы совсем не такие. Мы не умеем лебезить и обманывать, и торговаться мы тоже не умеем - при попытке торговаться мы разворачиваемся и уходим, потому что ясно, что тут хотят обмануть (иначе сразу назвали бы честную цену). И столкнувшись с человеком с психологией и взглядами "торгаша" - например, в сети, где у него есть время и желание обсуждать свой взгляд на мир, - мы, как правило, тут же убегаем и вспрыгиваем на холодильник, брезгливо отряхивая лапки, как моя кошка от собаки. Фу, экая мерзость!

Нас воспитывали иначе, нас учили другому. Нас учили быть прямыми и честными. Да, даже когда это невыгодно - особенно когда это невыгодно! Когда выгодно, тут всякий правду скажет, а вот резать правду-матку, когда оно некстати - истинное мужество. Нас учили, что во всяком деле есть правый и виноватый, и надо выяснить, кто тут прав, встать на его сторону и стоять до конца, насмерть. Что вы говорите, в деле есть две стороны и у каждой свои аргументы? Ерунда какая-то, так не бывает, наверняка кто-то врет. Нас не учили отстаивать свои интересы, это пошло и некрасиво. Вот отстаивать свои права - совсем другое дело. Но лучше не свои, а правое дело вообще. Отстаивать свои права называется "качать права", это тоже нехорошо, нас за такое ругали. Требовать некрасиво и просить тоже некрасиво, надо тихо отойти в сторонку и стоять с гордым видом, сами все предложат и сами все дадут. Это, правда, говорил Сатана, но народ массово повелся, потому что нас именно так и воспитывали, мы внутри себя до сих пор уверены, что так и надо. А если это не сработало, значит, просто не повезло. В целом же такое поведение обычно вознаграждалось - иначе бы мы такими не выросли. Рано или поздно мы все-таки получали положенное - возможно, не всё и не всегда, но тем не менее. А главное, оно вознаграждалось - и продолжает вознаграждаться, - глубоким ощущением собственной правильности и праведности. Потому что противоположность скромного интеллигента в этой системе - не торгаш, а хабалка. Наглое существо, которое орет во всю глотку, требуя все ему положенное и сверх положенного. Иногда - довольно часто, - хабалка получает по морде, и тогда все расходятся удовлетворенные. Иногда хабалка таки добивается своего. Но риск, что все захотят последовать ее примеру, невелик. Потому что роль хабалки в этой системе очень важна: она живой пример того, как выглядят люди, которые отстаивают свои интересы. Видишь, Мишенька, какая противная, гадкая тетя? Фу таким быть! И Мишенька в глубине души завидует тете, но кивает и мотает на ус: свои права можно отстаивать только так, через ор и скандалы. Он, пожалуй, на такое не готов. (А если возьмется их отстаивать, будет действовать как она, только с меньшим успехом).

В сущности, если так подумать, то, что нам так старательно прививали в наших интеллигентных семьях - это все добродетели аристократа (не знатного человека из власть имущих, нет, а именно какого-нибудь мелкого дворянина) из сословного общества. Где количество благ и сладких пряников строго ограничено, и свое он рано или поздно и так получит просто по ходу вещей, а вот человек, пытающийся получить что-то сверх положенного, ломает и портит всю систему. Потому что если оно не твое по праву, значит, оно чужое, не трогай. Лучше отстаивать "правое дело" и "справедливость" (то есть существующий порядок вещей), а все, что тебе надо, тебе достанется само собой. А если не достанется - значит, не положено и не надо. В конечном счете, это ценности военного. Нет, солдафонов мы тоже не любим, но все же солдафон нам ближе и понятнее купца. Военный Родине служит, а купец - он какой-то скользкий (сложный слишком, по правде сказать, но в этом мы себе не сознаемся).

Купеческими добродетелями мы, может, где-то даже и восхищались, и завидовали им, но относились к ним с подозрением. Хитроумие, находчивость, изворотливость, гибкость, способность договориться с кем угодно, как угодно, о чем угодно, способность отстоять свою точку зрения - не настоять на своем, упрямством и грубой силой, а именно отстоять, приводя аргументы, релевантные не перед лицом вечности, а именно для конкретного собеседника, - это все здорово, но это все не про нас. Мы тверды как скала, и неповоротливы, как она же, и стоим на своем до конца, а уж если ломаемся, то навсегда. И в мелких бытовых спорах мы ведем себя точно так же. Все или ничего. Я либо прав, либо неправ. Если проиграл, надо махнуть рукой, развернуться и уйти.

Вот поэтому, собственно, у нас демократия и не работает. И снаружи не прирастает, и снизу не прорастает. Не потому, что "народ не готов". Конкретный сантехник Василь Петрович или кассирша Марь Иванна, может, очень даже и готовы. Тем более, что они про права не заморачиваются, а вот про интересы свои очень даже хорошо понимают. А потому что я не готов. Я, как представитель интеллигенции, слоя, у которого вроде бы как достаточно и времени, и сил, и мозгов, чтобы заниматься всей этой общественной политикой. Не государственной политикой - туда меня никто не пустит, да и не по уму мне это, - а на уровне района или хотя бы двора. Потому что я как раз был на том собрании, что упомянуто в начале поста. Не ТСЖ, правда, но принцип тот же. Гос-споди, как же оно бесит! Скучно, бестолково, все орут, логики никакой. Вот есть у нас двор, стоит вопрос: что делать со двором? Во дворе есть автовладельцы, есть семьи с детьми, собачники, бабушки, подростки. Все эти множества частично пересекаются, у каждого свои интересы, частично противоречащие интересам других. Автовладельцам надо стоянку, родителям надо площадку, собачникам надо газон и кустики, бабушкам надо газон, кустики и лавочки, но чтобы без собак и без подростков. Надо как-то сделать так, чтобы всех более или менее устраивало и они друг другу не мешали. При этом надо каждого - каждого жлоба на джипе, каждую упрямую заебабку, - убедить, что это выгодно именно ему лично, и оттяпать себе кусок побольше точно не выйдет. Вот демократия - она примерно про это. На уровне района, города, страны, всего мира - все про то же самое. Каждый тянет одеяло на себя, как сделать, чтобы одеяло не порвалось и на всех как-то хватило. А я не готов. У меня сразу в голове "общественное благо" (кто такой этот Общество и почему, собственно, я забочусь о его благе?) и "права". Кто имеет право, кто тварь дрожащая. Любой разговор в тех же соцсетях сводится к конфликту по поводу того, кто имеет право, кто не имеет. Родители с детьми имеют право возить детей в самолете, потому что дети - это святое. Или нет. Или да. Или только отдельным рейсом. А владельцы животных имеют право? Да. Нет. Только при условии, если... Понятно, что определить "права" и "правоту" (особенно внутри своей отдельно взятой головы, а потом пойти и найти единомышленников) намного проще, чем учесть интересы всех участников ситуации. Тем более, что полностью учесть все интересы не выйдет, и в конце концов придется либо кошку везти багажом, либо аллергику сидеть в респираторе. А если я прав, я имею право на то, чтобы мои интересы учли в полном объеме, иначе я не играю.

Вот потому, собственно, демократия и не приживается. Потому что для нас демократия - это такая волшебная импортная игрушка, которая за все хорошее против всего плохого. И, кстати, "народ" - это тоже такая абстрактная волшебная сущность, Сивка-Бурка вещая каурка, которая всегда права и не ошибается. Ну, не должна ошибаться. Когда внезапно голосуют не так, как нам бы хотелось бы, мы остаемся в растерянности и недоумении: ну что такое, опять не сработало! А это не так работает. Да, при демократии могут выбрать и Трампа. И Зеленского. Если не хотите, чтобы выбрали Трампа или Зеленского, не надо ко-ко-ко с френдами в соцсетях, надо идти к соседке тете Марусе и объяснять, что Зеленский не выполнит ее ожиданий. Причем объяснять доступно для тети Маруси, а не для вас. Не получилось? Не умеете? Вы вообще не умеете разговаривать с теть Марусями, вы слишком культурный, быдло вас не понимает? Поздравляю, у вас президент Зеленский. Или Трамп. Или Путин. Теперь готовьтесь к следующим выборам и завоевывайте доверие теть Маруси. Это демократия, сынок.

На самом деле, парадокс. Это ведь наша работа - языком болтать, а с людьми разговаривать мы не можем. Мы выучили по нескольку языков, чтобы понимать людей на другом конце Земли - а теть Марусю мы не понимаем и на ее языке говорить не умеем. Аристократы хреновы.

Но в сущности, все понятно. Моя семья три поколения работала на то, чтобы уйти как можно дальше от тети Маруси. Мой дед и моя бабка были такими же, как она. Моя мать была не такая, но умела с ней разговаривать. А я уже и не умею.

И, собственно, демократия держится на тех немногих интеллигентных людях, которые способны видеть дальше собственного носа, но при этом еще и разговаривать с теть Марусями внятно для теть Марусь. Главное, чтобы мы их не съели по ходу дела. Мы - это другие интеллигентные люди. Потому что этот прохиндей - он, внезапно, не об общем благе радеет, а у него, о ужас, СВОИ ИНТЕРЕСЫ! Он же к власти рвется. Вот негодяй-то.

И оно не заработает, пока мы не перестанем воспринимать демократию как волшебную хрустальную шкатулку, а станем видеть ее как есть: как толковый инструмент, слегка заржавленный и немного в говне, но вполне себе годный. Если уметь его в руки взять, конечно. Но это ж учиться надо, а вло-ом...
(с) kot_kam @ LiveJournal

Пока россияне бедны, демократии в стране не будет

Американский политолог Пшеворский установил закономерность: устойчивая демократия наступает при 13-15 тыс. долларах подушевого ВВП. Формально в России достигнут этот уровень. Но большинство субъектов РФ находятся на уровне развития Иордании или Шри-Ланки, а наступление демократии возможно всего в 5-6 регионах.

Свои исследования знаменитый политолог из Чикагского университета Адам Пшеворский проводил в начале 1980-х. Тогда порогом устойчивой демократии он считал 6000 долларов США. Сегодня эта сумма с учётом обесценивания доллара составляет 13-15 тысяч. При этом Пшеворский считал, что обратный переход (от демократии к авторитарным режимам) при достижении этого порога невозможен.

Правда, позднее теория Пшеворского получила важное дополнение: авторитарные режимы становятся особенно живучими, когда показатель ВВП достигает 19 тысяч долларов на душу населения. То есть для антидемократичных режимов очень важно пережить период, когда подушевой ВВП растёт с 13 до 19 тысяч. Если взять экономический рост в 5% и умеренный рост населения в 0,5%, этот промежуток гипотетическая страна проскакивает примерно за 9-12 лет.

Авторитарные нефтедобывающие страны как раз являют пример важного дополнения к теории Пшеворского: от Саудовской Аравии с её подушевым ВВП в 22 тыс. долларов до ОАЭ (57 тыс.) и Катара (91 тыс. долларов на человека). Из газово-нефтяных автократий близка к нижней точке перехода Венесуэла (подушевой ВВП 12 тыс. долларов), и, видимо, в ближайшие 2-4 года мы будем свидетелями резкого роста демократической активности в этой стране (манифестаций, забастовок – вплоть до свержения режима Уго Чавеса). На подходе к демократизации (скорее всего, тоже через волнения) – и Казахстан, где подушевой ВВП недавно превысил 12 тыс. Первая «оранжевая ласточка» в этой евроазиатской деспотии уже была – недавнее восстание в Жанаозене.

Близка к демократическому переходу и Россия. В 2011 г. её ВВП достиг 54,3 трлн. рублей. При населении 142 млн. человек это даёт около 380 тыс. рублей на душу населения, или примерно 13 тыс. долларов. Волнения этой зимой в нескольких крупных городах также указывают, что Россия стоит на первой ступени перехода от автократии к европейским началам.

Это признают даже чинуши. Так, вице-председатель Шувалов в январе текущего года говорил:

«Когда ВВП на душу населения стремится к 15 тысячам долларов, страна пересекает определённый рубеж, она начинает по другому себя воспринимать, политическая система становится более подвижной».

Но при этом, как уже писал Блог Толкователя, массовые протесты фиксировались в Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске. Остальная Россия осталась безучастна. В чём же проблема? И тут для объяснения как раз пригодится теория Пшеворского.

Россия ужасно неоднородная не только по бюджетным расходам, зарплатам, но и по создаваемому в субъектах валовому региональному продукту. Так, в самом богатом регионе – Ненецком автономном округе ВРП достигает 3,2 млн. рублей в год на человека, или почти 110 тыс. долларов – это даже больше, чем в мировых лидерах по подушевому ВВП – Катаре и Люксембурге. Да, 90% стоимости продукта, создаваемого в Ненецком АО (а это в основном нефть и газ) отбирает федеральный центр. Но даже оставшаяся десятина позволяет поддерживать здесь довольно высокие (по меркам России) жизненные стандарты. К примеру, зарплата врача в Ненецком АО составляет 80 тыс. рублей, а медика на «Скорой помощи» – 110 тыс. Высокий уровень жизни отразился и на политических предпочтениях: на декабрьских выборах в Думу «Единая Россия» получила в округе 36% (на 13 процентных пунктов меньше, чем в среднем по РФ), КПРФ – 24,8%.

На другом полюсе – по-африкански нищие регионы России. Не будем брать самые последние по подушевому ВРП республики Северного Кавказа, из-за плохого статистического учёта там и высокой доли неформальной экономики (но кому интересно, подушевой ВРП в Ингушетии 1300 долларов, это уровень Гаити и Буркина-Фасо). Самая бедная русская область – Ивановская. ВРП на душу населения там составляет 2700 долларов в год. Примерно такой же показатель – в Пакистане и африканской Джибути.

Ровно посередине в таблице регионов, на 42 месте находится Тульская область (т.е. половина субъектов по ВРП лучше её, половина – хуже). Подушевой ВРП в этой области 4900 долларов. Примерно такой же показатель наблюдается в Шри-Ланке и Боливии.

«Планку демократии» в 13 тыс. долларов пересекает считанное число регионов: уже упомянутый Ненецкий АО, Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский округа, Москва, Сахалин, Тюменская область, Чукотка. Санкт-Петербург близок к этой группе с подушевым ВРП в 12 тыс. долларов – это примерно уровень вышеупомянутых Казахстана и Венесуэлы, а также Болгарии и Турции. Также близка к этому показателю Якутия.

Если брать первый и последний регион по уровню ВРП (Ненецкий АО и Ингушетия), то разница между ними достигает 90 раз. Но даже если отбросить эти два крайних региона, а взять ЯНАО (около 50 тыс.) и Ивановскую область, то разница достигнет 18 раз. Разница между ЯНАО и медианной Тульской областью – 10 раз.

Среди развитых стран такого чудовищного разрыва между регионами нет нигде. Возьмём, к примеру, США. Подушевой ВРП в самом богатом штате – Аляске, составляет около 62 тыс. долларов, в самом бедном – Миссисипи 28 тыс. Разрыв – 2,2 раза.

В Москве подушевой ВРП достиг 22 тыс. долларов. Это уже на уровне Словакии и чуть-чуть не дотягивает до Португалии (23 тыс.). Неудивительно, что эпицентр протестной активности фиксируется именно здесь – тогда как подавляющая часть России по экономическим причинам не дозрела до демократии и ей относительно комфортно жить в евроазиатской автократии, Москва хочет видеть свой город по уровню политико-экономических свобод не хуже Польши (которую она уже обошла – 19 тыс. подушевого ВВП).

Интересна ситуация с Новосибирском. В области ВРП составляет всего 7 тыс. долларов на человека. Это уровень Алжира. Но в самом Новосибирске этот показатель выше примерно в 1,5 раза (около 10 тыс.). Но главное даже не это. Этот город попал в странную ситуацию: он уже выстроил модель постиндустриального общества (как в Москве, где превалируют услуги) – но пока без денег. Так, в Новосибирске в 2010 году на каждого жителя города пришлось только 103 тыс. рублей промышленного производства. Для сравнения: лидер рейтинга Уфа выпустила продукции на 388 тыс. рублей на одного жителя, а занявший третье место Омск — 321,5 тыс. рублей. Средний показатель по России также выше новосибирского почти вдвое — около 191 тыс. рублей. Даже в Москве промышленное производство выше, чем в Новосибирске (примерно в 1,5 раза).

Скорее всего, нынешняя протестная активность связана не только с тем, что город по экономическим показателям вот-вот подойдёт к демократии, но и с желанием притока халявных денег – как в Москве. Дотаций, субвенций и преференций – на которые можно было бы быстро заполнить уже подготовленную постиндустриальную инфраструктуру. Новосибирск хочет стать второй Москвой, пусть и в региональном масштабе – столицей некого Сибирского государства. Тогда бы сырьевая рента потекла и в этот город.

Очевидно, что власть понимает сложившуюся ситуацию: она сама вскормила в Москве остров демократии. Пусть пока и потенциальной. Как можно было бы подморозить Москву? Перенести столицу в другой город (интересно, что ещё два государства со схожей экономической моделью – аграрно-сырьевой – Канада и Австралия, имеют столицы в виде маленьких городов). А вслед за ней – штаб-квартиры сырьевых корпораций. Это уменьшило бы валовый региональный продукт раза в 2, до 10-11 тыс. долларов на москвича.

Но власть в России сегодня слишком слаба, чтобы осуществлять такие масштабные проекты. И правильнее было бы скопировать одну из составляющих «китайского пути»: «Одна страна – две системы». Демократичные Гонконг и Макао существуют по европейским правилам (в Гонконге даже сохранена британская судебная система), остальной Китай – как азиатская деспотия. В России такими демократическим анклавами могли бы стать доросшие до Европы Москва и Питер, Сахалин, пара нефтегазовых регионов. Со свободными выборами, местным самоуправлением, евросоциалистическим распределением, профсоюзами, с безвизовым въездом в Европу. Кстати, президентом такой европейской России мог бы стать остающийся без работы Дмитрий Медведев (а Владимир Путин – президентом азиатской России).

Но нельзя забывать, что за граждан России выбор исторического пути может сделать обрушившийся рынок сырья. Упадёт нефть в 2 раза (до 60 долларов), девальвируется рубль в 2 раза (до 60 рублей за доллар) – и таким же темпом рухнет российский ВВП. Нынешний подушевой ВВП сократится с 13 тысяч до 6,5 тыс. – как раз до уровня Египта. И все разговоры о демократии закончатся.

+++

*В сравнении ВРП региона и ВВП страны существует небольшая погрешность. Так, правительства часто (как, к примеру, в России) пытаются «выравнивать» бюджеты регионов за счёт дотаций. Однако, как уже писал Блог Толкователя, разница в подушевом бюджетном обеспечении субъектов в России всё равно очень велика: до 8 раз между крайними регионами и 3-4 раза от медианных величин. Тем не менее, ВРП регионов всё равно очень хорошо показывает их уровень развития – как экономического, так и социального.

Толкователь